«Коктейль Молотова» против танков.
Лично мне так совершенно не кажется, но доказать что либо не могу, полагаю что в процессе дискуссии выявится «истинная» ценность данного ПТ средства.
Особенно , если танкист наш , а бутылка от изобретателей.
Только вот непонятно ,а зубровку и бутылки с винтом уже тогда выпускали ?
Оппоненты только посмеются.
В той инструкции, которую я видел (инструкция по применению зажигательных бутылок, 1941год) на нескольких рисунках изображен Nb.Fz. Что хорошо показывает опыт составителей в борьбе с танками.
Читал воспоминания немца в танк которого через открытый люк протекла зажигательная жидкость и прямо на раззяву лейтенанта. С перепугу чуть не дернул с танка, благо вспомнил что с наружи советская пехота ( они в разведке были и слишком близко подошли), потом потушил лейтенанта пеной с огнетушителя.
В общем годится КС для ослепления и добивания подбитого.
Обычный образец эрзац-оружия. Ничего нету, на боец бутылку против танка.
Про объемы производства и «полезность» — крайне интересный вопрос.
В годы войны было понаделано множество бесполезного говна, вон японцы всей страной клепали воздушные шары с прицепленной бомбой. Запустили на США аж 9000 штук, правда с нулевой эффективностью.
Или германские сверхмалые ПЛ, на которых операторы угарным газом травились.
Херово она танки жгла.
Даже можно сказать по другому — у пехоты крайне редко получалось такую возможность получить, чтобы танк бутылками/гранатами закидать.
Бутылки эти, как и противотанковые гранаты — оружие последнего шанса.
Недаром Орден Славы давали за «уничтожение ручными гранатами на поле боя или в тылу противника от одного до трех танков,»
С другой стороны — коктейлями молотова можно и здания жечь при штурмах.
Это уже самоубийцы — шансов выжить практически нет. И эффективность такого кидания крайне низкая. «Полезнее» ту же противотанковую гранату швырнуть (на эту тему ролики в интеренете есть).
В своих фантазиях японцы могли хоть годзиллу на США натравить, а по факту вся эта морока с бомбочками ломаного гроша не стоила.
В любом случае американцы уже в апреле 1945 г. разбомбили заводы по производству водорода для этих шаров и их больше не запускали.
Видимо есть еще действительно эффективные «бутылки» но с информацией с ними существенные проблемы. Ни в одном источнике о подобном не слышал.
Т.е. бутылочка бензина и РПГ/фугасы дают одинаковый эффект на танк?
А Вы в танке горели ?,а вообще в пожаре бывали . рассуждения у
компа за бутылочкой пива .
И интересно, пехоту на танкобоязнь обкатывают, а танкистов на пожаробоязнь, с реальным огнём ?
А япы молодцы, попытались,не очень получилось, они ещё что нибуть ,так и добились что вксь мир на их машинах ездит
«Думаю, мы оба не воевали. Не так ли? Потому попрекать этим друг друга глупо, как мне кажется». (с) Student . Присоединяюсь к мнению Студента, уже раз Вам высказанному.
Там стояла автоматическая система пожаротушения, а стационарный огнетушитель с расеивателями в МТО стоял на БТ, Т-26, Т-40, Т-70. Про четверку и тройку не знаю, но решение примитивное.
Так что горит поллитра или больше, где горит?
Тоесть как правильно поставить зад танка под зажигательной бутылкой .
Так оно выглядит
из статьи в БРАТИШКЕ выше ссылочка была, хорошая статья отражает на мой взгляд мнения всех участников спора
На инструкции для танкистов ясно написано, какая ситуёвина опасна. Значит и метателя бутылок инструктировали нужным образом: лучший шанс — «выстрел в спину из-за угла». Навряд ли, кто-то советовал выскакивать в чистом поле метров за 200 до танка и бежать с воплем «щас всех запалю!».
Во-первых не танк, во вторых не в танке, а на танке. Второе. То децильное кол-во зажигательной жидкости которое еще под вопросом должно проникнуть в МТО может быть потушено огнетушителем, стоит только открыть кран. Если он конечно есть. А на танке может сгореть брезент и шанцевый инструмент.
Разница в броне, чтоб выкурить экипаж из танка или прогреть чтоб рванул боекомплект в танках противопульной броней и толстобронного надо разные кол-ва горючего. А подготовку дабы не затекло в МТО наши танки проходили перед войной. Почему и перед войной бутылкам не кто внимания не уделял.
За уничтожение ручными гранатами от одного до трех танков на поле боя и в тылу противника давали Орден Славы.
Вот такие вот проблемы с бутылками.
Тут поговорил сегодня с потомком ветерана. Так вот оказывается, что при раздаче противотанковых средств большинство старалось взять бутылки, а не противотанковые гранаты или связки гранат. Связку далеко не кинешь, а после её подрыва вряд и и сам уцелеешь. А бутылки летят дальше, да и самому безопаснее. Вот такой окопный нюанс. Скорее внеокопный.
Два отрывка из Техника и вооружение. 1998.N 3-4 «Они сражались за Пиренеями»
. «Вильям Кардаш находился в центре наступающей танковой роты. Ему удалось удачно преодолеть овраг, но у самых вражеских позиций его танк был подожжен бутылкой с зажигательной смесью. Двигатель не заводился, пытавшихся приблизиться к горевшему танку националистов Кардаш отсекал огнем. Лишь тогда, когда огонь подобрался к боевому отделению, экипаж покинул машину и был спасен подоспевшим на выручку экипажем другой машины».
. «Рассказ о бронетанковой технике испанской войны нельзя завершить без краткого обзора тех средств борьбы, которые там использовались. Известно, что множество танков и бронемашин на полях Испании было сожжено при помощи бутылок с бензином, многие танкетки итальянцев и германских Pz.I подорваны знаменитыми «динамитьерос» (динамитчиками) при помощи пакетов и мешков со взрывчаткой, однако, главный урон бронетехнике там нанесла артиллерия».
Ирак и Обучение американских солдат борьбе с танками (горит Рено-Американский)
Правильно и грязью кидали по уязвимым местам. Помимо всего у трешки были противодождевые крышки на воздухозаборник и вытяжку, кто видел чтоб их в бою одевали? Либо попытки закрыть воздухозаборник сеткой, приварить уголок? На полчаса работы.
Originally posted by NORDBADGER:
Можно ещё здесь посмотреть предлагаемые способы борьбы с танками, 1942 г. www.lexpev.nl
[b]52 Мб [/B]
Спасибо! хорошее дополнение к forum/18/212524
лучше иметь в одном доке, чем качать по страничке.
БУТЫЛКИ С ЗАЖИГАТЕЛЬНОЙ СМЕСЬЮ
41) Бутылки с зажигательной смесью могут быть изготовлены из подручных материалов. Они применяются при отсутствии более эффективных боевых средств (Рисунок 20).
Бутылки любого размера на 2/3 наполняются бензином и на одну треть маслом или огнесмесью (Огнесмесь можно получить на техстанции саперного батальона) К бутылкам при помощи изоленты прикрепляется две саперные спички, которые впоследствии зажигаются с использованием фитиля или веревки. Перед метанием фитили должны быть хорошо пропитаны огнесмесью. Саперные спички или фитили зажигаются непосредственно перед метанием. Бутылка метается либо подкатывается под подъезжающий танк в зависимости от обстановки. Впоследствии, при метании бутылок с зажигательной смесью в уже горящий танк они необязательно должны иметь фитиль.
Трофейные бутылки с зажигательной смесью с самовозгорающимся фосфорным наполнителем (так называемый <коктейль Молотова> (Molotowcocktails)) являются эффективными и отличаются сильным дымовым эффектом.
При тренировке бутылки могут не разбиться. В этом случае необходимо подождать пока догорят саперные спички, поскольку бутылка может разорваться из-за внутреннего давления.
Вроде бы немецкие бутылки и «канистра».
38) так как в большинстве случаев у движущихся танков открыт вентиляционные люки, расположенные в задней части танка, то сломав сапогом или специальным инструментом решетку и забросив внутрь гранату, можно привести мотор в непригодное состояние или поджечь его. (рисунки 19 а и б)
I. Действия пехоты против танков (характерный пример, бой осенью 1941г. западнее Можайска): Фашистские танки, стреляя с ходу, приближались к окопам. Три танка затеяли с батареей ПТО затяжную дуэль, маневрируя и непрерывно стреляя. Тем временем еще четыре машины, изменив направление, ударили по левому флангу роты Ушакова. Не доходя до окопов метров 200, фашистские танкисты ударили из лобового пулемета. Струя свинца прошила бруствер, фонтанчики песка брызнули Федору в лицо. Он быстро пригнулся и, стиснутый узкой земляной щелью, стал напряженно ловить звук мотора головного танка. Определив, что до танка осталось метров 30, Полетаев чиркнул спичкой о терку, привязанную к горлышку бутылки, и поджег фитиль. Резко выпрямившись, он размахнулся и в это мгновение увидел, что танк наползает на ячейку Войнова. Водитель изменил направление несколько секунд назад. Федор швырнул бутылку, и та, уже на излете, беззвучно брызнула осколками по гусенице. Коротко блеснувшее пламя траки уволокли вниз, вдавили в грязь. И в ту же секунду над бруствером ячейки, почти под гусеницами танка мелькнула каска Войнова. Брошенная им в упор бутылка разбилась прямо на триплексе. Стальная махина рухнула на ячейку, сплющила ее мягкие песчаные стенки и стала крутиться на одном месте, все сильнее заваливаясь на левый бок [V.S.: Войнов погиб]. Полетаев схватил другую бутылку — <Н-на-а!!>. Бутылка лопнула прямо на решетке моторного люка. Жидкое пламя рванулось вниз к дизелю, лизнуло топливные баки. Объятый пламенем, танк рванулся вперед, но, пройдя несколько десятков метров, остановился. В разрывах дыма и пламени откинулся люк и из башни выскочили гитлеровские танкисты. Один из них стал кататься по траве, пытаясь сбить с себя пламя. Второй, отбросив шлем, побежал к болотцу, как слепой, вытянув вперед руки. Федор выстрелил в третьего, державшего в руке автомат. Танкист рухнул. Только тут Федор заметил, что три других танка, прорвав оборону, приближаются к лесу, расстреливая в беспорядке отступающих красноармейцев. На поле перед огневыми позициями противотанкистов догорали два танка, а третий, ворвавшись на опушку, раздавил единственное уцелевшее орудие и скрылся в лесу. По лугу, торопясь расширить прорыв, бежала гитлеровская пехота.
Действия пехоты 196-й стрелковой дивизии РККА против немецких танков 11-й танковой дивизии 1-й танковой группы вермахта (20-21.07.1941 г., у сел Медвин и Баранье Поле УССР): Важную роль в борьбе с танками сыграли созданные в подразделениях истребительные команды. Связками гранат и бутылками с зажигательной смесью они подбили за день пять вражеских машин: Комдив приказал форсировать формирование новых истребительных команд, пока мы не получим более надежные и эффективные противотанковые средства: Только пусть те, кто готовит истребителей, самым подробным образом расскажут им о уязвимых местах вражеских машин, о том, с какой стороны сподручнее к танку подойти и ударить наверняка. И пусть те, кто отличился сегодня в бою с танками, поджег их бутылками или подорвал гранатами, расскажут остальным истребителям, как им это удалось. Обсудили мы с комдивом и тактику истребительных команд — решили ставить их на наиболее танкоопасных направлениях, в промежутках между батареями. Таким образом, не оставив ни одной бреши, в которую мог бы проникнуть противник. В бинокль с НП мне посчастливилось наблюдать за поединком нашего истребителя с вражеской машиной. Подождав, когда танк подойдет на 10-15 метров, то есть на такое расстояние, где боец окажется вне зоны действия танковых пулеметов, воин стремительно выскочил из окопа и укрылся за бугорок. Когда же танк поравнялся с бугорком, то есть подставил бойцу борт, тот бросил на башню бутылку с зажигательной смесью, а затем — связку гранат под гусеницу. Из объятой пламенем башни стали выскакивать танкисты, но их настигли пули отважного бойца. Как выяснилось после боя, это был сержант Сергей Прохоров, бывший харьковский рабочий. Наградной лист на полагающийся ему орден Красной Звезды был оформлен в тот же день, но к великому сожалению, награду сержант, не получил — в условиях вынужденного отступления наградные документы, видимо, затерялись.
Впрочем, чаще уничтожить приближающийся танк, перехватив его на линии траншей либо подобравшись с разных сторон стремились одновременно два-три истребителя — такая тактика доказала свою эффективность.
29-30.07.1941 г. в бою между селами Нехворощ и Пешки, когда прорвавшиеся немецкие танки стали утюжить окопы 893-го стрелкового полка майора Н.К. Кузнецова, семь машин одна за другой начали вспыхивать, как факелы (четыре сожгли истребители, три подорвались на минах). Фашистские танкисты пытались сбить пламя, резко бросали машины то вправо, то влево, то вперед, но огонь не сдавался, и стальные чудовища бессильно останавливались. Кто-то из немцев направил машину к спасительным зарослям, но экипажи были уничтожены метким огнем красноармейцев. Это привело фашистов в смятение — танки попятились, укрылись в овражках, кустарнике, пшенице и оттуда вновь открыли огонь по пехоте:Остальные танки обошли высоту и устремились по направлению к Корсуню, с идущей за танками гитлеровской пехотой красноармейцы завязали бой, но оставаться здесь штабу дивизии было небезопасно.
II. Действия пехоты против танков (бой летом 1941 г. за грейдерную дорогу у села Черногорка на подступах к Одессе): советский командир Г. Пенежко, имевший роту краснофлотцев и шесть легких танков, решил выбить немцев из занятого ими села силой четырех танков и двух взводов моряков. Атаковать столь небольшими силами <в лоб> было явным безумием, так как пехоте пришлось бы бежать на виду у противника полтора километра. Было решено атаковать фашистов балкой, для чего взять на километра три вправо. Но несмотря на спешку, опередить противника не удалось — на полпути к Черногорке он услышал сначала гул минометных разрывов, а затем — выстрелы немецких танковых пушек в той стороне, где осталась в обороне часть роты моряков. Возвращаться было поздно, и отряд вышел на окраину села, оказавшись в тылу немцев (две стрелковые цепи и два десятка танков). Немецкая минометная батарея на окраине села была раздавлена танками, левое крыло задней цепи немцев было сразу же смято наступающими краснофлотцами, а левый фланг передней пришел в замешательство. Тем временем немецкие танки вышли почти к самому гребню, оказавшись в <мертвой зоне> и уходя из сферы действительного огня с тыла (предельно частый огонь четырех машин из села с расстояния в километр позволил подбить лишь один танк). Затем советские танки атаковали цепи немецкой пехоты, спасая отряд краснофлотцев. Немецкие танки тем временем вышли на гребень: <вдруг на корме одного из них вырос куст пламени и сразу же — еще один. Что такое? — в смятении думаю я. — почему этот танк продолжает двигаться, а не останавливается, как положено подбитой машине?>. Кусты пламени вырастали то на одном, то на другом танке. <Бутылки!>, — радостно ворвалось в сознание, когда возле второго пойманного в прицел танка я увидел выскочившего из-за копны моряка. Моряк подбежал к танку, дважды взмахнул рукой и у этого танка сбоку башни взвилось пламя. Я отвернул пушку еще правее, поймал в прицел третий танк, но и тут кто-то из моряков меня опередил: вскочив на корму танка, он взмахнул рукой, и над машиной, между башней и моряком вспыхнуло пламя. Сквозь пламя моряк прыгнул вперед, навалился на крышку башенного люка, потом встал на башню коленом, очевидно, чтобы не дать выскочить сидящим в ней, и вторично взмахнул рукой. Из-под его ног рванулось пламя и он спрыгнул, откатился, стал забрасывать землей загоревшиеся снизу брюки. Горящий танк, крутнувшись вправо и влево, остановился:>.
III. Примеры исключительно успешных действий:
Мл.сержант Бебен Дзарасов (с отрядом в 5 надежных бойцов выползал из траншей жечь танки на подходах): <и вот ползут пять штук: четыре я пропустил мимо себя, а пятую, хвостовую, угостил сразу двумя. Фрицы из нее полезли, я их из ППШ, а мои ребята в это время кончают оставшиеся>.
В августе 1941г. севернее деревни Врадиевка удар роты немцев при 20 танках пришелся во фланг батальона, фашисты двигались через поле с копенками неубранной ржи. Замысел был прост: прикрываясь копнами, подойти к обороне русских, прорвать ее танками и пусть пехота расширяет прорыв. Но комбат распределил две роты на группы по 2-3 солдата, кроме личного оружия — винтовок — им раздали небольшие запасы противотанковых гранат и бутылки. В крайних копнах были установлены пулеметы. Танки опережали пехоту немцев на 300 м, потом на 500 м и, продвигаясь между копнами, прошли вглубь поля. Бойцы, затаившись, пропустили танки, но когда пехота фашистов приблизилась, по ней по команде открыли огонь, и в этот же момент в немецкие танки полетели бутылки и гранаты. Сразу же были уничтожены три танка. Внезапное нападение, невозможность понять его источник породило панику у немецких танкистов, они стали разворачивать танки и отходить, но и им нельзя было миновать новых копен, откуда — со всех сторон — летели новые гранаты и бутылки ЗС. При отступлении было сожжено еще 8 танков, и их экипажи были уничтожены.
18 июля 1943г. у села Новая Жизнь ефрейтор 3-й пулеметной роты 290-го стрелкового полка П.Ф. Храмцов, умело используя местность и держась в «мертвой зоне», остановил и поджег два танка противника;
4 июня 1944г. рядовой 2-го полка 50-й стрелковой дивизии Р.С. Смищук в бою у горы Роглуй под Яссами уничтожил 6 германских танков.
Мнение опрошенных ветеранов ВОВ:
А.П. Павлов: <В бою самые худшие были американские <Шерманы>: <двухэтажные> танки со слабым бронированием и низкой проходимостью, четыре автомобильных бензиновых двигателя. Стены изнутри отделаны резиной — головой не ударишься, но при горении эта резина выделяла токсичный дым. Но как машина для обучения вождению и стрельбе — идеален: просторный, снаряды в картонных гильзах, которые сгорают, а не захламляют боевое отделение, очень послушный в управлении: Сам я норматив на мастера-водителя II класса сдавал именно на <Шермане>>.
Психология поединка: Впервые столкнуться с танками — всегда очень страшно. Это объяснить нельзя, подготовиться заранее — тоже (хотя <обкатка танками> и помогает), можно только прочувствовать самому (А.П. Павлов: «когда нашу роту обкатывали своими же танками, о которых бойцы знали, что они не станут тебя стрелять или давить, то больше половины в первый раз не могли опомниться и, после прохождения танка, встать из траншеи и бросить в него учебную гранату»). Полезно было залезть внутрь танка, убедиться самому, что это не стальное чудовище, а неповоротливая машина, с ограниченным обзором и не предназначенная для ближнего боя с пехотой. Главное — не бояться, сохранить самообладание и трезвую ясную голову. Как бы ни было страшно, как бы не хотелось, <для храбрости> пить нельзя, ни глотка, ни капли — кажется, вроде бы ты и немного глотнул, но в голове дурь, и прешь напролом. Со стороны это особенно хорошо заметно. Пьяных бьют как котят.
<В нашей роте истребители перехватывали танки на нейтральной полосе и за всю войну не было случая, чтобы танки прорвались и начали утюжить окопы: Поэтому применить самому бутылки или гранаты против танка не пришлось. Нам командир говорил, что за два или три сожженных танка истребитель получит орден Красной Звезды, но чтобы кто-то сжег — не слышал, и в нашей дивизионной газете ни про один такой случай не написали, а я не думаю, что о таком не написали бы:В другом взводе нашего батальона для истребителя выкопали три позиции, соединенные мелким, но тщательно замаскированным ходом сообщения — в плане это был треугольник, с вершиной, обращенной в наш тыл. Так что как танк не двинется на позиции подразделения, истребитель выдвигается так, чтобы оказаться и атаковать с фланга>.
Мнение Ю.М. Иконникова (ветеран Отечественной, комсорг стрелкового батальона) — <для танков нет лучше цели, чем убегающая пехота — она не сопротивляется, это крупная и заметная цель. А вот то, что пехота залегла, даже если не стреляет, не отвечает при этом на их огонь, это заставляет танкистов нервничать: ведь эта пехота может их внезапно гранатой угостить, в упор выстрелить из ПТР в подставленный борт. поэтому жмется танк к своей пехоте: уползти с поля боя [бойцу разбитого подразделения] было на самом деле безопаснее, чем убежать>.
ОГНЕМЕТЫ
40) использование огнеметов целесообразно лишь против иммобилизованных танков противника. Огненная струя направляется в смотровые щели и приборы наблюдения, отверстия для стрельбы из личного оружия, вентиляционные и выхлопные отверстия.
Что и требовалось доказать. Помимо всего, в современных уставах говорится :
<В случае применения противником зажигательного оружия, а также при
вынужденном преодолении района пожаров люки, двери, бойницы и жалюзи БМП
(БТР), танков закрываются. После выхода из района пожаров командир взвода
организует тушение очагов огня на машинах, спасение личного состава и
оказание пострадавшим первой медицинской помощи, после чего взвод
продолжает движение. >
Ниже решетки, которую ломает немец топором, размещены бронежалюзи (лить туда что-то чревато от туда горячий воздух выдувается), так же бронежалюзи закрывают и окна пред радиатором под бронекрышками. Исходя из прочитанного зажигательные средства у немцев служат для ослепления и поджигания поврежденных танков и конечно как морально действуещее средсвто. Это у нас они пиарятся как самостоятельное средство борьбы с танками.
Танк он свиду грозен очень
а на деле глух и слеп
но вот только, что Вы пытаетесь этим сказать? открою Вам страшный секрет: техника, тем более боевая, имеет обыкновение гореть, горят даже линкоры, да что там линкоры, подводные лодки и те горят.
А если краску поцарапают или матерное слово мелом напишут, то вооще Пуля была-то со смещенным центром тяжести
Originally posted by PAPASHA2:
to Melkart12:
«»Скажите пожалуйста каким образом можно корректировать запуски и полет неуправляемых воздушных шаров? Высотные струйные течения над Тихим океаном подрегулировать?»»
Элементарно. Посылается группа шаров — одни с загрузом напалмом, другие с бомбочками, третьи с термитными шашками, и ждемс. Читаем прессу США, что где произошло. СМИ, они очень оперативные на новости, и читая сообщения определяем что-куда прилетело. Промах -молчат, упало -трезвонят. После этого -в случае достижения цели, производится анализ, по грузу, какие шары долетели. Попутно анализируется и ущерб от конкретного боеприпаса. Регулируется часовой мханизм сброса, и пускается новая партия шаров, и так, пока не достигнется приемлемая точность пуска.
После чего начинаются массовые пуски шаров с боевым грузом дающим и максимальный эффект. Такая была программа, но США, подорвали ее лишив японцев возможности корректировки, Запретили СМИ печатать сообщения о таких вещах, и японцы не смогли узнать попадают их щары-достигают цели или нет. При пуске наугад, конечно трудно учесть все факторы атмосферных помех и течений. Но 3,33% долетевших шаров говорит о том, что даже слепые полеты дали эффект, а при корректировке, и применение биологического оружия, у США могли быть большие проблемы с противодействием такому оружию. Патрулирование и отстрел шаров, были бы дорогим мероприятием, которое нанесло бы экономичекий ущерб отвлекая на это самолеты и топливо, даже при 100% уничтожении шаров в патрулировании.
Умник, еффективного бактериологического оружия у японцев просто не было. Более того — даже сейчас его еффективность есть вешь под огромным вопросом. Атмосферные явления вешь настолько капризная что даже сейчас синоптики промахиваются бывает с прогнозами погоды на ближайшие 24 часа, при всем их современном компьютерном осношении.
Т.е. затея вся совершенно бесмыссленная но если бы у них была ядерная боеголовка то прицепив ее к шару — можно было бы выиграть войну. Т.е. теоретически ети несколько шариков — страшное оружие но практически — толку от них было мизер.
Нет не могли. У них не было ровным счетом ничего, что выпав из шарика смогло бы причинить крупные неприятности.
ЗЫ.Форум глючит. Насчёт получаса-часа я погорячился. В «прошлый раз великого глюка» были предложения Форум для участников платным сделать(если просто читать, то— бесплатно). А деньги с подписки на технические нужды пускать. Я —за. Покупаем же мы каждый месяц пару журналов по 70-100руб каждый. (Ну и/или пиво пьём.)
Так топикстартер и написал, что тема про БО, лишняя. Чего ж было еще тянуть с удалением?
«»»БО в этой теме действительно лишнее — за. —топик стартер.
0gnev
За два месяца войны борьба с фашистскими танками стала обычным делом для бойцов и командиров Красной армии. Поля ожесточенных сражений усеяны сотнями обгорелых и изуродованных вражеских танков. Многие танковые дивизии немцев разгромлены и фактически превратились в стрелковые части, потеряв почти всю технику и немало живой силы. И это не только результат боевой работы нашей артиллерии, танковых войск, авиации. Здесь крепко приложили руку наши славные пехотинцы. Каждый день боев вновь и вновь подтверждает, что стойкая пехота всегда сможет отбить нападение вражеских танков, нанести им чувствительный урон.
Советский пехотинец имеет для борьбы с танками разнообразные и вполне надежные средства. Они проверены опытом боев. Это патроны с бронебойными пулями, связки ручных гранат, мины и, наконец, бутылки с горючей смесью. Зажигательным бутылкам бойцы отдают особое предпочтение. Это — самое простое и безотказное средство для уничтожения танков, броневых и транспортных машин неприятеля. Мало того, при помощи зажигательных бутылок можно быстро поджигать вражеские склады, самолеты на аэродромах, истреблять живую силу врага в укрытиях и населенных пунктах.
Инструкция по применению зажигательных бутылок, утвержденная народным комиссаром обороны товарищем Сталиным, гласит:
«В руках смелого бойца зажигательные бутылки являются грозным оружием. Они способны при внезапном и умелом применении не только нанести поражения, но и вызвать панику, внести расстройство в боевые порядки противника».
Эффективность зажигательных бутылок в борьбе с танками подтверждена десятками и сотнями примеров из практики боев. Недавно Советское Информбюро сообщало о боевом опыте батальона, которым командует тов. Гнедин. Целых 104 танка сумели уничтожить за месяц бойцы этого батальона! Славный батальон, говоря иными словами, окончательно вывел из строя более четырех немецких танковых рот. Красноармейцы Рузавин и Кучеренко, пользуясь исключительно зажигательными бутылками, за шесть дней сожгли восемь фашистских танков. «Смелому бойцу танк не страшен!» — вот лозунг героев-гнединцев.
Успех борьбы с танками целиком зависит от храбрости, ловкости и выдержки каждого пехотинца. Действия его по сути дела несложны. Имея при себе бутылки с горючей смесью, боец скрытно располагается в окопе, щели, воронке от снаряда или другом укрытии. Внимательно наблюдая за движением танков, подготавливает бутылки для броска. Подпускает машину на 15—20 метров и бросает в нее бутылку, стараясь угодить в наиболее уязвимые места танка: мотор, смотровые щели, люки. Главное, что тут требуется, — это хладнокровие, внутренняя собранность. Будешь чересчур торопиться, волноваться, делать лишние движения, — не сумеешь выбрать удобный момент для броска или промахнешься, и вражеский танк ускользнет непораженным.
Конечно, в обращении с зажигательными бутылками необходима осторожность. Надо следить, чтобы ни одна из них не разбилась до применения. Иначе горючая жидкость, липкая и быстро воспламеняющаяся, может причинить серьезные ожоги. Находясь в окопах, надо держать эти бутылки в отдельных нишах, а при расположении на месте устраивать для них ямки, обкладывать землей. Долг командиров — научить каждого бойца, как нужно обращаться с зажигательными бутылками и как применять их в бою.
Боевой опыт показал, что наибольший процент поражения вражеских танков дают специальные группы и команды бойцов-истребителей, которые действуют организованно, по единому плану. Эта группа состоит из двух-трех бойцов, вооруженных зажигательными бутылками и ручными гранатами. Старший группы имеет ручной пулемет или пистолет-пулемет для уничтожения экипажей подбитых машин. Группы истребителей танков надо формировать из наиболее смелых бойцов, помня, что бой с танками требует особой выдержки, сноровки, глазомера, и успех его определяется секундами.
Обязанность командира истребительных групп — правильно расположить их на местности, где возможно появление танков врага. Командир обязан также обеспечить непрерывное наблюдение за полем боя и четко определить порядок действия групп, добиваясь одновременного и мощного удара по вражеским танкам. Вместе с тем должна всячески поощряться разумная инициатива отдельных групп и бойцов-истребителей, направленная к наилучшему выполнению общей задачи.
Борьбу советской пехоты с вражескими танками нельзя, однако, ограничивать деятельностью одних истребительных групп, если даже они хорошо подготовлены и имеют боевой опыт. Этому важнейшему делу необходимо обучить весь личный состав части или подразделения. Задача командного состава — достигнуть такого положения, чтобы любой боец, не исключая водителей, поваров, повозочных, сумел в нужную минуту дать отпор фашистским танкам.
Советская пехота с каждым днем совершенствует способы и приемы борьбы с бронетанковыми частями врага. Эта отважная боевая работа открывает широкий простор для проявления находчивости, инициативы, красноармейской сметки. Бойцы старательно выслеживают неприятельские танки, подбираются к ним ночью, когда действия танков резко ограничены, и уничтожают внезапными короткими ударами. На Смоленском направлении отделение сержанта Ярова сумело истребить за одну ночь шесть фашистских боевых машин. Некоторые красноармейцы достигают отличных результатов, бросая зажигательные бутылки с деревьев в лесном бою.
Опыт лучших истребителей танков должен стать достоянием каждого воина Красной армии, ведущего смертельную борьбу с ненавистным фашизмом! Шире распространять этот опыт! Беспощадно истреблять военную технику врага! Советский пехотинец! Помни, что зажигательная бутылка, которой ты вооружен, — это верная гибель неприятельскому танку. Каждый уничтоженный фашистский танк приближает нашу победу.
_______________________________________
В.Гроссман: Первая встреча* («Красная звезда», СССР)
П.Павленко: Четвертое условие («Красная звезда», СССР)
ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 августа. (По телеграфу от наш. спец. корр.). «Политрук с нами, дело будет», — так говорят красноармейцы N батареи. И это верно. Политрук Кленин всегда там, где идет жаркая схватка, где решается судьба боя. Личным примером воспитывает он у артиллеристов стойкость, мужество, презрение к смерти.
Однажды Кленину доложили, что большая группа фашистов укрепилась в населенном пункте. Немцы установили на чердаках и крышах домов пулеметы, замаскировали возле сарая пушку-автомат и сосредоточенным огнем мешали продвижению нашей пехоты. Политрук быстро выдвинулся к населенному пункту, засек точное местонахождение вражеских огневых точек и приказал батарейцам обстрелять их.
Один за другим последовало несколько залпов. Плотно прижавшись к земле, политрук под пулями неприятеля корректировал стрельбу своих орудий. Вскоре все фашистские пулеметы, а также пушка-автомат были подавлены.
Геройски действовал политрук Кленин в бою под деревней Н. Два наших орудия оказались в кольце двенадцати немецких танков. Фашисты предложили советским артиллеристам сдаться в плен. «Выхода нет, — кричал толстомордый офицер, высунувшийся из люка. — Нас в шесть раз больше». Кто-то из бойцов снял его меткой пулей, а потом, по знаку политрука, орудия открыли огонь прямой наводкой.
Первый же снаряд угодил в цель, и неприятельская машина вспыхнула, Спустя несколько секунд загорелся второй танк. Но силы были неравные, к тому же иссякали боеприпасы. Над артиллеристами нависла смертельная опасность. Фашистские танки вплотную приблизились к орудиям. Тогда Кленин сосредоточил весь огонь по левому флангу немцев. Еще две машины вышли из строя. Во вражеском кольце образовалась брешь. Увлекаемые политруком, бойцы кинулись в эту брешь и прорвались к своим.
ПОД ОГНЕМ ВРАГА САПЕРЫ ПОСТРОИЛИ МОСТ
ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 августа. (По телефону от наш. спец. корр.). Фашистские стервятники бомбами разрушили мост через реку В. Подвоз боеприпасов на наши передовые позиции прекратился. Саперное подразделение лейтенанта Першина получило задачу: в кратчайший срок восстановить мост.
Было уже за полночь. Времени до рассвета оставалось немного. Готовых материалов для производства работ не было. Но саперы не раз с честью выходили из трудных положений.
Недалеко чернели старые, покосившиеся сараи. Лейтенант Першин осмотрел их и нашел, что бревна вполне годны для мостовых рам. Дружно закипела работа. Фашисты, еще днем пристрелявшие район моста, ночью открыли огонь из минометов. То и дело около сапер рвались мины. Пренебрегая опасностью, бойцы сноровисто обрабатывали бревна, скрепляли их гвоздями, составляли клеточные рамы, спускали их на воду.
Когда рамы опустились на дно, саперы проложили на них прогоны и сделали настил из бревен. К пяти часам утра мост был готов. Доставка боеприпасов продолжалась.
ПУТЬ ФАШИСТСКОЙ АРМИИ УСЕЯН МОГИЛАМИ НЕМЕЦКИХ СОЛДАТ
АФИНЫ, 30 августа. (ТАСС). Газета «Празднични вести» публикует статью немецкого военного корреспондента Фрица Мецке, в которой говорится: «Путь германской армии по территории России усеян могилами погибших немецких солдат. На занятых областях Советского Союза высятся бесконечные холмы над могилами солдат немецкой армии».
________________________________________ ________
А.Поляков: «Трофей» || «Красная звезда» №117, 21 мая 1942 года
Я.Милецкий: Брошенный танк || «Красная звезда» №111, 14 мая 1942 года
А.Серафимович: Веселый день || «Красная звезда» №11, 14 января 1943 года
А.Кривицкий, А.Поляков: На Дону || «Красная звезда» №166, 17 июля 1942 года
Всю мощь огня танков против врага!* || «Красная звезда» №166, 17 июля 1942 года
Л.Высокоостровский: Стойкой пехоте танки не страшны || «Красная звезда» №174, 26 июля 1941 года
Огнеметные танки второй мировой войны
Тяжело приходилось солдатам той страшной и великой Войны. Поля сражений стали полигонами для испытаний новых, все менее гуманных, видов вооружений. Одними из этих ужасных машин были огнеметные танки разных мастей, огненные струи которых зажаривали людей заживо…
С первобытных времен огонь вызывал у человека какой-то священный трепет. С его помощью можно было получать пищу, освещать жилище, отпугивать диких зверей…и разумеется, истреблять себе подобных, чем люди издавна и занимались. При чем, вполне успешно.
Человек довольно быстро понял, что стрела с горящим наконечником, а затем и горящий снаряд осадного орудия способствует воспламенению деревянных построек, а при определенной сноровке- и живой силы противника, а горящая смола- отличный способ остудить пыл наступающих орд врага.
673 год принято считать годом появления так называемого «Греческого огня» – загадочной горючей жидкости, которая собой воспламеняла все вокруг и не затухала даже при попадании в воду. «Греческий огонь» впервые применили в боевых условиях византийцы, снабдив огнеметными установками свои корабли в морской битве при Киликии против арабов. Зажигательной жидкостью стреляли из медных труб на дальность до 25 м. Состав «Греческого огня» не известен до сих пор.
Но вернемся ближе к нашему времени. А именно в ХХ век, который принес человечеству много новых способов самоуничтожения. Первая мировая война, как известно, была
большей частью позиционной, т.е. с большим количеством укреплений, окопов и прочих фортификаций. Тут-то человеческая мысль и придумала, как лучше выкурить противника из пригретого местечка – выжечь огнем. Так появился огнемет, который оказался весьма эффективным оружием – как в практическом смысле, так и в психологическом- часто, лишь завидев огнеметчиков солдаты Первой мировой бросались наутек (именно так поступили британские солдаты, против которых впервые применили огнемет под Верденом в 1915 году). Авторство первых легких огнеметов приписывают немецкому изобретателю Фидлеру, хотя есть данные, что такие идеи были у русских еще в 1898 году. Первые огнеметы имели дальность выстрела до 25 метров, так что носившие их в ранце за спиной пехотинцы тоже нередко поджаривались от своего собственного оружия. Вдобавок еще существовало неписанное правило у солдат всех армий – обычно огнеметчиков и снайперов в плен не брали, а расстреливали на месте.
Интересный факт: производители первоначально планировали огнемет нe кaк армейское, a кaк полицейское оружие для разгона демонстрантов. Хороший способ усмирить демонстрантов – полить их огненной струей с температурой горения в 1000 градусов. Ну а в 1917 году огнеметы были приняты на вооружение и русской армии.
В начале огнеметы называли «пламеметами».
Так что же такое огнемет?
Принцип действия огнемета не так уж и сложен. Это приборы, выбрасывающие струи легко воспламеняющейся жидкости нa расстояние oт 15 дo 200 м. Жидкость выбрасывается из резервуара (бака) чepeз специальный брандспойт силой сжатого воздуха, азота, углекислоты, водорода или пороховых газов и зажигается при выходе из брандспойта специальным зажигателем.
В Первую мировую применялись огнеметы двух типов: ранцевые в наступательных действиях, тяжелые – при обороне. Между мировыми войнами появился третий вид огнемета – фугасный.
Ранцевый огнемет представляет собой стальной резервуар емкостью 15–20 л, наполненный горючей жидкостью и сжатым газом. Пpи открывании крана жидкость чepeз гибкий резиновый шланг и металлический брандспойт выбрасывается наружу и поджигается зажигателем.
Тяжелый огнемет состоит из железного резервуара емкостью oкoлo 200 л c выводной трубой, крана и скоб для переноски вручную. Брандспойт c рукояткой управления и зажигателем подвижно укреплен нa лафете. Дальность полета струи 40–60 м, сектор поражения 130–180°. Выстрелом из огнемета поражается площадь 300–500 м2. Одним выстрелом мoжeт быть выведено из строя дo взвода пехоты.
Фугасный огнемет пo устройству и принципу действия отличается oт ранцевых – огнесмесь из резервуара выбрасывается давлением газов, образующихся при сгорании порохового заряда. На сопло надевается зажигательный патрон, a в зарядник вкладывается пороховой выбрасывающий патрон c электрическим запалом. Пороховые газы выбрасывают жидкость нa 35–50 м. В последствии этот вид огнеметов успешно применяли против бронетехники.
Основной недостаток струйного огнемета – малая дальность действия. Пpи стрельбе нa большие расстояния требуется увеличение давления системе, нo сделать этo непросто – огнесмесь просто пульверизируется (разбрызгивается). Бороться c этим можно тoлькo повышением вязкости (загущением смеси). Но при этoм, свободно летящая горящая струя огнесмеси мoжeт и нe долететь дo цели, полностью сгорев в воздухе.
Но главный элемент огнемета- горючая смесь. Огнесмеси нe содержат окислителей и сгорают зa счет кислорода воздуха. Зажигательные вещества представляют собой смеси различных легко воспламеняющийся жидкостей: нефти, бензина и керосина, легкого каменноугольного масла c бензолом, раствор фосфора в сероуглероде и др. Температура горения колебалась от 800 до 3500 градусов, с устойчивым пламенем. В начале, как правило, это были жидкие смеси бензина c тяжелым моторным топливом и смазочным маслом. Пpи этoм образуется широкая завихренная струя интенсивного пламени, летящая нa 20–25 метров. Но эти вещества имели ряд недостатков- значительная часть струи выгорает еще в полете, да и горящее вещество не имело полезного в бою свойства прилипать к предметам.
Но существуют еще и вязкие горючие вещества – знаменитый напалм. Изобретен он был в 1942 году в США. Ученые из Гарварда придумали как обойтись без дефицитного каучука- для обеспечения нужной вязкости в жидкость добавлялись полистирол или полибутадиен.
17 июля 1944 года американцы впервые применили напалмовую бомбу- истребитель-бомбардировщик P-38 Lightning сбросил такую на немецкий склад топлива во Франции
Но истинную «славу» напалмовые боеприпасы снискали в войне во Вьетнаме. Но это уже совсем другая история.
Помимо огнемета, Первая мировая подарила миру танк. Ну, разумеется, пытливый разум конструкторов не мог не попытаться скрестить эти две смертоносные машины. Развернувшееся между двумя мировыми войнами наращивание количества вооружений лишь способствовало появлению новых машин смерти. Вот только все государства подошли к этому по-разному.
СССР
К началу 30-х годов советскими военными теоретиками была сформулирована мысль о необходимости создания бронированных машин, вооруженных мощными огнеметами, которые можно было бы использовать для уничтожения противника, обороняющегося в полевых укреплениях и фортификационных сооружениях. Наличие этих машин в атакующих порядках позволило бы увеличить темпы наступления. В отличие от руководства большинства других государств, в СССР отнеслись к данной проблеме довольно внимательно. Возможно, благодаря этому они и добились некоторых успехов.
Первые опыты проводились с танками собственного производства. Хотя танк Т-18, о котором далее пойдет речь, и являлся эволюцией итальянских «Фиат-3000» (Fiat-3000, который в свою очередь во многом копировал французский Рено-ФТ (Renault-FT) времен Первой мировой). С 1927 года благодаря советским конструкторам итальянский танк превратился в Т-16, МС-1, а затем вырос в Т-18. Сам по себе Т-18, как и его прародители являлся легким (по советской терминологии того времени – малым) танком сопровождения с 37-мм орудием. Базовая вариация Т-18 поучаствовала во Второй мировой войне до 1942-го года (его итальянский отец на фронтах дрался до самого 1943 года).
В декабре 1930 г. один танк Т-18 был передан в распоряжение Военно-Химуправления, где он при помощи специалистов Института Химобороны Пригородского и Калинина был оснащен выливным комплексом для заражения местности и постановки дымовых завес. В те времена полагали, что грядущая война не обойдется без применения химического оружия. Предполагалось, что этот танк с помощью баллона емкостью 60,5 л через распылитель заразить или задымить участок местности протяженностью до 1,7 км за 8 минут. Работы над этим танком продолжались до 1934 года. Во время создания Т-18 химического, летом 1931 г., Институт Химобороны изготовил также огнеметный танк, конструкция которого в определенной степени повторяла предыдущий. Бак с огнесмесью (мазут-керосин) с баллоном сжатого воздуха монтировался на «хвосте», а брандспойт располагался в башне на месте 37-мм орудия. Для воспламенения смеси использовались автомобильная свеча и дополнительная бензиновая магистраль. Бензин подкачивал командир танка из основного топливного бака перед стрельбой. Из-за сложностей с приводами в ОТ-1 отказались от кругового вращения башни, но это считалось нормальным. Дальность огнеметания составила 30-35 м, но могла быть увеличена путем усовершенствования конструкции огнемета. Опыты с танком проводились в течение года и были признаны удачными. Так появился первый советский огнеметный танк. Также был сделан вывод о целесообразности объединения конструкций огнеметного и химического комплексов. Именно поэтому в дальнейшем предвоенные серийные огнеметные танки именовались «химическими». В довоенной литературе огнеметные танки именуются либо ХТ (химический танк), либо БХМ (боевая химическая машина)
Обычной практикой для 30-х годов было приобретение у более развитых в этом плане государств лицензий на производство танков. Такая участь постигла и знаменитую танкетку «Карден-ллойд» Марк 4 (Carden-Lloyd Mk.4) фирмы Виккерс-Армстронг (Vickers-Armstrong). Небольшая двухместная гусеничная машина предназначалась для разведки и связи. Проектирование окончилось в 1929 году, а танкетка была куплена 16 странами мира, среди которых Польша, Италия, Чехословакия, Франция, Япония, Китай, Канада, Бельгия и Египет. В последствии, танкетка претерпела много различных изменений (зависимо от нравов конструкторов и веяний моды в военном руководстве), различные ее вариации повоевали в нескольких войнах, в том числе и во Второй мировой. В 1930 году СССР закупил у Великобритании 26 этих танкеток и лицензию на их крупносерийный выпуск. Но русские инженеры не ограничились слепым копированием танкетки и тоже решили привнести кое-что свое. В итоге, перед запуском крупносерийного производства конструкторы из КБ Завода №37 существенно изменили внешний вид машины, корпус, ходовую часть. Новую танкетку, в связи с радикальными изменениями конструкции решено было переименовать в Т-27. Машина успела повоевать с басмачами, а на июнь 1941 года количество Т-27 в войсках составило 2157. Но сейчас нас интересует ее огнеметный вариант – ХТ-27 (ОТ-27), созданный в 1932 году. На ХТ-27 вместо пулемета устанавливался брандспойт огнемета КС. Резервуар с огнесмесью монтировался на прицепе. Выстрел производился с помощью сжатого воздуха. Однако дальность стрельбы была всего 25 м. C этой дистанции 10-мм броня танкетки пробивалась обычной винтовочной пулей. Выпуск составил 187 единиц, к началу Великой Отечественной войны в строю осталось 32 единицы. ХТ-27 можно считать первым огнеметным танком СССР
Параллельно велись работы по установке огнемета на плавающем танке Т-37 (получил индекс ОТ-37 или БХМ-4). В этой машине пулемет заменялся огнеметом КС-35 (36 л. огнесмеси на 17 выстрелов). Всего было выпущено 75 шт. Из-за слабого бронирования было решено переделать обратно в базовую машину, но к началу ВОВ в строю еще оставались 10 шт. Эти немногочисленные ОТ-37 в последствии использовались как средство для борьбы с посадочными десантами немцев на советских аэродромах
Наверное, хорошо, что СССР покупал у Великобритании не только танкетки. История первого советского серийного огнеметного танка началась на заводе все той же фирмы Виккерс-Армстронг, где в 1930 году в инициативном порядке (т.е. без гос.заказа) был создан танк «Виккерс-Армстронг» Мк.Е, он же «Виккерс 6-тонный». Танк существовал в трех экземплярах- двухбашенном (два 7.7-мм пулемета с водяным охлаждением), однобашенном (одна 47-мм пушка) и в варианте танка-истребителя (двухбашенный вариант, дополнительно вооруженный двумя 37-мм пушками, которые размещались в лобовом и кормовом листах корпуса). Последний предполагалось изготовлять только по специальному заказу покупателей. Парадоксально, но ни один из вариантов танка не вызвал интереса у британских военных. Машина не вписывалась в классификацию танков, принятую в Великобритании. Изначально «Виккерс 6-тонный» предназначался для продажи странам «второго мира», под которыми подразумевались государства Восточной Европы, включая СССР, немногочисленные независимые государства Азии, а также страны Латинской Америки. Расчет руководства фирмы оказался верным. Одними из первых танком заинтересовались СССР и Польша. Как обычно купили и лицензию на серийный выпуск.
Несмотря на препятствия в виде болезненного перевода танка на метрическую систему мер и детские болезни роста советской промышленности «Виккерс 6-тонный» все же стал знаменитым Т-26. Претерпев немало изменений в процессе своей эволюции, в 1941 году этот танк мог почти на равных сражаться с большинством типов немецких танков, вторгшихся на территорию СССР, не уступая им в вооружении, но немного слабее оных в бронировании. Но сейчас нас интересуют огнеметные варианты Т-26, при изготовлении которых использовался опыт создания ОТ-1, о котором говорилось выше.
11 марта 1932 года Реввоенсовет СССР принял постановление «О придании мехбригаде химических и других средств для борьбы с закрепившейся пехотой противника». Разработку специального оборудования для химического танка поручили КБ завода «Компрессор».
Летом 1932 года первый образец химического танка на базе Т-26 поступил на испытания. Первым огнеметным Т-26 стал танк ХТ-26 (ОТ-26), созданный на базе двухбашенного варианта Т-26 в 1933 году. В отличие от линейного прототипа, левая башня была демонтирована, а в корпусе под ней разместили огнеметное оборудование — резервуар для огнесмеси на 360 л, три баллона со сжатым воздухом, бензиновый бачок емкостью 0,7 л, брандспойт и систему зажигания. В правой башне устанавливался огнемет пневматического типа и пулемет ДТ (боекомплект 1512 патронов). Наведение огнемета и пулемета на цель осуществлялось с помощью плечевого упора. Дальность огнеметания смеси мазута и керосина — 35 м. Количество односекундных выстрелов — 70. За один выстрел под давлением сжатого воздуха в 12 кг/см2 выбрасывалось 5 л огнесмеси. Поджигалась смесь от факела горящего бензина, а бензин — от электрической запальной свечи. Кроме огнемета, танк оборудовался системой дымопуска. В зависимости от боевой задачи бак ХТ-26, помимо огнесмеси, мог заполняться дымообразующей смесью типа S-III или S-IV, отравляющими веществами стойкого или нестойкого типа, а также водой или мыльной жидкостью для дегазации местности. Для распыления отравляющего вещества и дымопуска использовался распылитель, располагавшийся в кормовой части машины. Масса этого танка составляла 9 т, а экипаж состоял из двух человек. За период с 1933 по 1936 год было изготовлено 615 химических танков ХТ-26.
Примерно в это же время для установки на линейные танки был создан танковый химический прибор ТХП-3. Он мог быть смонтирован на любой машине без переделок, был принят на вооружение РККА и выпускался не заводе «Компрессор». Правда, с лета 1934 года ТХП-3 предназначался уже только для «постановки дымовых и огненных завес» и получил индекс ТДП-3 (танковый дымовой прибор). К концу 1936 года завод «Компрессор» изготовил 1503 таких прибора.
Другой танк – ХТ-130 (ОТ-130) – строился, начиная с 1936 года, уже на базе однобашенного варианта Т-26. Башня была смещена вправо относительно продольной оси танка. Слева от нее находились два резервуара для огнесмеси общей емкостью 400 л. Дальность огнеметания на смеси мазута с керосином составляла 50 м. Количество односекундных выстрелов — 40. За один выстрел выбрасывалось 9 литров огнесмеси, зажигание которой производилось так же, как и у ХТ-26. Масса танка — 10 тонн, экипаж — два человека.
В 1938-40 гг. огнеметные танки модернизировались (ХТ-131, 132, 133). ХТ-133 имел помимо огнемета два пулемета и достиг массы 10,5 тонн.
В 1940 г. появился огнеметный танк ХТ-134 массой 10,8 т, экипаж — три человека. В конической башне сохранилось вооружение танка Т-26 – 45-мм пушка и пулемет, а огнемет установлен в переднем верхнем листе корпуса (дальность огнеметания — 50 м). Выпущено было лишь 2 опытных образца. Кстати, все химические танки на базе Т-26 имели еще и общее обозначение БХМ-3
Силовая установка, трансмиссия и ходовая часть огнеметных танков оставались без изменений. Радиостанциями они не оборудовались. Помимо огнеметов танки оснащались приборами распыления отравляющих веществ. Для последней цели на надгусеничных полках устанавливались два резервуара по 200 л каждый. При скорости движения танка 12 км/ч ширина полосы заражения составляла 25 м, а общая площадь зараженной одной машиной местности — 10 000 кв.м. Химические танки поступали на вооружение рот боевого обеспечения механизированных, а затем и танковых бригад. С 1935 года из них формировались химические танковые батальоны, из которых формировались бригады. В состав бригады входило около 150 машин. К 1939 году в Красной Армии имелись три таких бригады — на Дальнем Востоке, в Поволжье и в Московском военном округе. Также танки распределялись и по мехкорпусам – по штату в одном МК их было 52.
Всего огнеметных танков на базе Т-26 выпустили 1336 единиц (12 % от общего выпуска танков Т-26). Все огнеметные танки имели оборудование для постановки дымовых завес.
Впервые огнеметные танки были применены летом 1939 года во время боев на реке Халхин-Гол по ликвидации 6-й японской армии. На начало боевых действий в составе 57-го Особого корпуса Красной Армии, расквартированного в Монгольской Народной Республике, находилось 10 ХТ-26 (11-я танковая бригада), но 20 июля в район боевых действий прибыла 2-я рота химических танков из состава 2-й танковой химической бригады. Она имела 18 ХТ-130, однако оказалось, что личный состав роты очень слабо подготовлен к огнеметанию. Поэтому до выхода роты непосредственно в район боевых действий с ними были проведены практические занятия по огнеметанию и изучен боевой опыт, уже имеющийся у танкистов-химиков 11-й танковой бригады. Еще позже прибыли 9 ХТ-26 6-й танковой бригады. Всего к началу августа в войсках 1-й армейской группы имелось ХТ-26 — 19, ХТ-130 —18. За период августовской операции (20—29 августа) все химические танки принимали участие в бою. Особенно активно они действовали в период 23—26 августа, причем в эти дни ХТ-130 ходили в атаку по 6—11 раз. Всего за период конфликта химические подразделения израсходовали 32 т огнеметной смеси. Потери в людях составили 19 человек (9 убитых и 10 раненых), безвозвратные потери в танках — 12 машин, из них ХТ-26 — 10, (из них 11-я танковая бригада — 7 и 6-я танковая бригада —3), ХТ-130 —2. Слабым местом применения огнеметных танков явились плохая разведка и подготовка машин к атаке. В результате было большое расходование огнесмеси на второстепенных участках и излишние потери. В ходе первых же боев было установлено, что японская пехота не выдерживает огнеметания и боится химического танка. Это показал разгром отряда Азума 28—29 мая, в котором активно использовалось 5 ХТ-26. В последующих боях там, где применялись огнеметные танки, японцы неизменно оставляли свои укрытия, не проявляя стойкости. Например, 12 июля отряд японцев в составе усиленной роты с 4 противотанковыми орудиями проник вглубь нашего расположения и, несмотря на неоднократные атаки, оказывал упорное сопротивление. Введенный только один химтанк, который дал струю огня по центру сопротивления, вызвал в рядах противника панику, японцы из передней линии траншей убежали вглубь котлована и подоспевшей нашей пехотой, занявшей гребень котлована, этот отряд был окончательно уничтожен.
О гибели одного из ХТ-26 сохранилось свидетельство одного из японских солдат 71-го пехотного полка: «Один танк подошел к японским окопам и почему-то застрял. Сначала он стрелял из огнемета, потом из пулемета и пистолета. Сержант Ассакура хотел уничтожить его. Он подошел сзади, положил на танк 2-х килограммовый заряд взрывчатки и побежал от взрыва. Все вокруг аплодировали, так как это было похоже на сцену из некоторых средневековых японских сражений. Однако пулеметной очередью с танка Ассакура был убит. Солдаты были в ярости, они окружили этот танк, предлагая экипажу сдаться. Ответа не последовало, тогда под днище танка заложили взрывчатку и подорвали ее. В результате был поврежден передний люк, чрез который сержант Хигаки вытащил за ворот молодого русского танкиста (второй погиб), которого тут же закололи штыками».
В ходе этих боев четверо танкистов-огнеметчиков 6-й танковой бригады удостоены звания Героя Советского Союза.
В «Отчете о действии химических войск в ходе боев у реки Халхин-Гол» говорилось, что химические танки заслужили авторитет среди пехотинцев и действуют устрашающе на противника. Отрицательными сторонами признавались малая дальность огнеметания, не обеспечивающая танк от броска ручной гранаты, а ХТ-26, кроме указанного недостатка, имеет еще и устаревшую, не совершенную аппаратуру, что еще больше снижает эффективность танка в бою.
Вот что о применении огнеметных танков заметил М. Ф Терехин., генерал-лейтенант, командир 5-го механизированного корпуса Забайкальского военного округа:
«Я бы хотел заострить внимание по части легких и огнеметных танков. Огнеметные танки должны иметь прикрытие в виде пушечных танков. Одни огнеметные танки пускать с пехотой нельзя: они будут нести большие потери. Об этом свидетельствует опыт в районе р. Халхин-Гол: когда огнеметные танки прикрывались пушечными танками, а вслед за ними шла пехота, мы имели блестящие результаты»
Выводы были сделаны, и уже в период вооруженного конфликта с Финляндией в 1939-1940 гг («Зимняя война») химические танки использовались наиболее массово, активно и достаточно эффективно за всю их историю . В боях помимо рот боевого обеспечения танковых бригад, участвовало и четыре отдельных химических танковых батальона – 201, 204, 210 и 218-й. После артиллеристской подготовки по ДОТам «Линии Маннергейма» в первом эшелоне атакующих советских войск шли 34 огнеметных танка. Именно специфика этой войны и продуманная тактика применения принесли славу огнеметным танкам – очень часто приходилось прорывать укрепления противника. Как правило, в состав блокировочной (штурмовой) группы включалось три пушечных и два огнеметных танка, взвод саперов, до роты пехоты, два-три пулемета и одно-два орудия. Чаще всего работа проводилась ночью или в снегопад. Взрывчатое вещество – а для подрыва ДОТа его требовалось от 1000 до 3000 кг – подвозилось танками на бронесанях Соколова. Пушечные танки огнем по амбразурам и прилегающим к ДОТу траншеям обеспечивали подход огнеметных танков, которые заливали амбразуры и двери ДОТа огнесмесью и зажигали ее. В это время саперы вели работу по подрыву, а пехота прикрывала саперов от атак финнов. В первое время действия штурмовых групп были неудачными, так как атаке подвергался отдельно взятый ДОТ и танки расстреливались из соседних огневых точек. В последующем, когда атаковали сразу 3-4 близлежащих ДОТа, действия блокировочных групп были более успешными. Особенно удачно действовали они в полосе 39-й и 20-й танковых бригад.
Огнемётные танки оказались более уязвимыми, чем обычные танки и поэтому несли большие потери. Например, в «Отчете о работе бригады Автобронетанкового управления на финском фронте» сказано, что по сравнению с линейными Т-26 процент выхода из строя химических танков значительно выше. Согласно отчетов, в части с линейными танками процент боевых потерь составляет 14,9 %, а в химическом танковом батальоне – 34,3 %. Объяснение этого в неизбежном возникновении пожара при попадании осколков в цистерны с огнесмесью. При наличии большого количества огнесмеси пожары химических танков продолжаются в течение 15-20 часов, а температура доходит до такой степени, что плавятся картеры двигателя и коробки передач, и даже стекла триплексов.
Несмотря на достаточно высокую эффективность химических танков в ходе боев у них выявился главный недостаток, впрочем, присущий всем танкам Т-26 – слабость бронирования. Но если линейные Т-26 могли вести огонь по противнику с дальних дистанций, то небольшая дальность огнеметания не позволяла химическим танкам поражать цели на расстоянии более 50 метров. Естественно, при этом они несли большие потери. Поэтому некоторые ХТ-133, поступавшие на пополнение потерь прямо с завода, получали дополнительную экранировку из 30 – 40-мм брони. Первые же бои с их участием показали, что финские противотанковые орудия не могут пробить их брони. Всего в ходе советско-финляндской войны было заэкранировано 32 ХТ-133.
За мужество и героизм, проявленные при прорыве “линии Маннергейма”, командиру взвода огнеметных танков 37-й отдельной роты боевого обеспечения 35-й танковой бригады мл. лейтенанту А. Я. Тараканову, командиру огнеметного танка той же роты Ф. П. Павлову и старшему механику-водителю огнеметного танка Ф. Ф. Кротову также присвоено звание Героя Советского Союза.
Несколько огнеметных танков захватила Финляндия во время войны 1939 -1940 гг. В 1943 г. их перевооружили 45-мм пушками вместо огнемета.
Опыт применения огнеметных танков на Халхин-Голе и в Финляндии подтвердил высокую эффективность этого вида вооружения, но и поставил перед конструкторами проблему увеличения дальности стрельбы, усиления броневой защиты и указал на необходимость сохранения в танке пушечного вооружения. Также заметили, что огнеметный танк не должен внешне отличаться от линейного, т.к. враг, зная важность и уязвимость огнеметных танков выслеживал их и старался выбивать в первую очередь. Именно так поступали противотанковые батареи финнов, отбивая атаки советских войск. Эти проблемы решались уже путем создания огнеметных танков на базе новых танков КВ и Т-34. Бои в Финляндии показали, что огнеметы пневматического действия (в которых огнесмесь выбрасывалась при помощи сжатого воздуха) из-за их малой дальности уже не пригодны для вооружения танков. Именно этот факт повлиял на будущее создание революционно новых танковых огнеметов. После войны в Финляндии был прекращен выпуск химических танков на базе Т-26.
Огнеметные танки Т-26 повоевали и в Великой Отечественной войне. На июнь 1941 в войсках имелось: ХТ-26 – 308 ед., ХТ-130 – 500 ед., ХТ-133 – 327 ед., ХТ-134 – 2 ед.
Работы по постановке огнеметного оборудования велись также над легким колесно-гусеничным БТ-2. В 1935 г. на базе танка БТ-2 был разработан проект химического танка ХБТ-2 (БХМ-2) который предназначался для заражения местности боевыми ОВ, постановки дымовых завес, дегазации местности и огнеметания. Проектирование и изготовление химического оборудования велось на заводе “Компрессор”. Согласно проекту, машина отличалась от серийного танка БТ-2 установкой химического оборудования КС-23 и отсутствием пушечного вооружения. Экипаж машины состоял из двух человек. Брандспойт огнеметного оборудования должен был устанавливаться в башне вместо 37-мм пушки Б-3. Расчетная дальность огнеметания составляла 70 м. В качестве вспомогательного оружия на танке устанавливался 7,62-мм пулемет ДТ. Резервуары для спецжидкостей общей емкостью 1000 л размещались по бортам машины на надгусеничных полках, и должны были обеспечить при движении танка со скоростью 12 км/ч заражение местности площадью 25000 м²,причем ширина полосы заражения должна была достигать 25 м. Дымопуск продолжительностью до 50 мин производился за счет испарения смеси S-IV выхлопными газами. Ширина непросматриваемой дымовой завесы должна была составлять 10 м. (хотя этот показатель зависел от погодных условий). Размещение химического оборудования и резервуаров для спецжидкостей по бортам танка было признано удачным, так как оно не стесняло работу членов экипажа. В результате испытаний опытного образца были обнаружены недостатки, которые потребовали доработки машины. В частности, говорилось о необходимости бронирования резервуаров с огнесмесью, а также решения вопросов по укладке гусениц при движении танка на колесном ходу (БТ-2 мог снимать кусеницы и двигаться на колесах), так как укладка гусениц производилась на резервуары и ограничивала возможность кругового обстрела из башни танка. Однако проект, выполненный для танка БТ-2, в металле реализован не был. На вооружение машина не принималась и в серийном производстве не состояла. 
Опытные образцы машин были изготовлены на базе танка БТ-5. Химический танк ХБТ-5 был разработан специальным конструкторским бюро завода “Компрессор” в январе 1933 г. Опытный образец машины был изготовлен заводом “Компрессор” в 1936 г. и в октябре того же года он прошел войсковые испытания. Задачи те же, что и у ХБТ-2. Машина отличалась от серийного танка БТ-5 установкой съемного танкового дымового прибора ТДП-3. Прибор дымопуска КС-34 был изготовлен по чертежам завода “Компрессор”. КС-34 включал в себя резервуары емкостью 1000 л, насос с приводом, трубопроводы, брандспойт с устройством поджига огнесмеси, тринадцатилитровый воздушный баллон и контрольно-измерительные приборы. Брандспойт имел задвижку «Пито», отсекающую струю огнесмеси с помощью пневматического клапана. Насадка брандспойта, одновременно являвшаяся устройством для поджига, была заключена в специальный металлический кожух. Поджиг струи огнесмеси производился двумя свечами с питанием от аккумуляторных батарей машины. Установленное оборудование позволяло производить огнеметание на дальность до 70 м. В качестве основного вооружения на танке использовался 7,62-мм пулемет ДТ, установленный вместо демонтированной спаренной установки 45-мм танковой пушки и 7,62-мм пулемета ДТ. Оборудование дымопуска включало в себя два баллона (резервуара) емкостью 40 л каждый, реактивную камеру, распределительный кран, форсунки, трубопроводы и сектор управления. Дымопуск производил командир машины с помощью рычагов управления, установленных в боевом отделении и связанных с баллонами тросовым приводом. Продолжительность дымопуска — до 12 минут. После проведения войсковых испытаний с учетом выявленных недостатков сотрудниками склада № 136 в 1936 г. опытный образец танка был переработан. Также была уточнена чертежно-техническая документация по машине. До начала Великой Отечественной войны в войсках находилось 13 танков ХБТ-5. Дальнейшая их судьба неизвестна.
В 1940 г. пересмотрели структуру танковых войск. Огнеметные танки свели в отдельный огнеметный батальон из 54 машин. Они входили в состав танковых дивизий с непосредственным подчинением командиру дивизии. В 1941 г. создали автоматический танковый огнемет АТО-41. В отличие от предыдущих огнесмесь здесь выбрасывалась поршнем при действии на него пороховых газов специального патрона, как в фугасном огнемете, и поджигалась бензиновым факелом, воспламеняющимся от электрической запальной свечи. Выброс и поджиг осуществлялся пороховыми зарядами 45-мм противотанковой пушки. За один выстрел выбрасывалось до 10 л смеси. Дальность стрельбы обычной смесью-60-70м, вязкой -110-130м. Для создания вязкой огнесмеси в СССР использовали «коктейль» из автобензина и порошка ОП-2. Скорострельность составляла до 10 выстрелов в минуту. В следующем году огнемет модернизировали, увеличили дальность стрельбы до 120 м, а скорострельность до 25-30 выстрелов в минуту. Огнеметание могло вестись одиночными выстрелами и автоматическими очередями. Он получил обозначение АТО-42. За создание огнеметов конструктора И.Аристова отметили Государственной премией. Производство огнеметов было налажено на заводе № 222.
По причине потери большинства химических танков на начальном этапе ВОВ было решено в срочном порядке устанавливать АТО-41 на сухопутный вариант легкого плавающего танка Т-40. На место демонтированных гребного винта, руля и их приводов устанавливали резервуар и баллоны. Ствол огнемета монтировали с правой стороны лобового листа, на наклонной его части в шаровой установке. Оба пулемета в башне сохранялись. Выпустили несколько десятков таких машин, но отдельного индекса им не присваивали. Батальон этих танков участвовал в битве под Москвой совместно с частями 1-й гвардейской стрелковой дивизии в районе Наро-Фоминска.
Из опыта боев начала войны были сделаны выводы об эффективности танковых огнеметов. Отмечалось деморализующее воздействие на противника, враг иногда покидал окопы и панически бежал даже при недолетевшей огнесмеси, неизгладимое впечатление на врага производилось при ночном применении огнеметов. Новые танковые огнеметы второй мировой войны позволяли сохранить артиллеристское вооружение танка, что лишь увеличивало огневую мощь машины, в отличие от предыдущих поколений огнеметов, когда ради них приходилось лишать танк орудия, а значит и возможности постоять за себя в бою с другими танками. Опыт начального периода Великой Отечественной войны показал необходимость создания огнеметных танков на базе Т-34 и КВ, которые отлично себя показали в плане бронирования – немецкие танковые орудия начала войны были бессильны против толстошкурых советских танков. Таким образом решалась проблема довоенных химических танков – огнеметы стали более дальнобойными, орудие можно было сохранить, да и с броней КВ и Т-34 было не страшно подходить к врагу на дальность огнеметания.
Принято считать, что о создании огнеметных Т-34 и КВ задумывались о до начала войны. Но факт остается фактом, работы по созданию огнеметного варианта Т-34 начались в КБ на Уралвагонзаводе под руководством П.П.Васильева, который ранее разрабатывал места механика-водителя и стрелка-радиста для тридцатьчетверки. При проектировании огнеметного Т-34 использовался довоенный задел харьковских конструкторов. Огнемет было решено разместить вместо курсового пулемета, а баллоны с огнесмесью и сжатым воздухом заняли место стрелка-радиста. Амбразура огнемета была защищена небольшой, но толстой бронемаской. Углы наведения в горизонтальной плоскости +12,5°, в вертикальной — от -2 до +10°. Огонь из огнемета вел механик-водитель, поэтому горизонтальное наведение осуществлялось в основном разворотом танка. Основное вооружение танка было сохранено, боекомплект пушки остался тем же, что и у линейных танков, сократили только боекомплект пулеметов. По мнению многих ветеранов-танкистов толку от курсового пулемета было мало, т.к. лобовой лист брони, в котором монтировался пулемет, имел угол наклона, не позволяющий вести прицельный огонь – стрелок видел перед собой то небо, то землю. Так что огнемет на месте пулемета значительно усиливал огневую мощь машины. 
Установка огнемета потребовала перемещения радиостанции из корпуса в башню на место коробок для пулеметных боеприпасов. Антенна размещалась снаружи на задней стенке башни. Вскоре новые танки начали поступать в войска. Новый огнеметный танк получил название ОТ-34 (иногда ТО-34).
Когда в производство пошел танк Т-34 образца 1942 года с новой литой башней с двумя люками и с усиленным бронированием, выпуск огнеметной вариации довольно быстро наладили на базе новой тридцатьчетверки. С 1943 года ОТ-34 начали вооружать огнеметом АТО-42. В 1942 г. выпустили 309 огнеметных танков ОТ-34, в 1943 г. — 478, в 1944 г. — 383, всего же их было построено 1170 штук, т.е. около 3,3% от выпуска танков Т-34 за 1939-1944 гг.
Недостатком танка являлось то, что огнеметом управлял механик-водитель танка, а ведь ему еще и управлять танком надо было.
Когда в 1944-м году на фронте появился новый Т-34-85 с новой башней и 85-мм пушкой, решено было и на его базе выпускать огнеметные танки. Уже в мае 1944 г. на вооружение отдельных огнеметно-танковых батальонов поступил ОТ-34-85. Огнемет АТО-42 монтировался вместо курсового пулемета. Часть огнесмеси разместили в топливных баках, и ее запас. увеличился до 200 л, т.е. вдвое, что позволяло производить 20 выстрелов с расходом 10 л за выстрел. Емкость бензобачка — 2л. Углы наведения огнемета в вертикальной плоскости — от -2 до +10°, в горизонтальной — +15°. За 1944 г. было построено 30. танков ОТ-34-85, за 1945 г. — 301, т.е. огнеметные танки составили около 1,4% от общего выпуска Т-34-85 за время войны. Важным плюсом ОТ-34 и ОТ-34-85 было их практически полное внешнее сходство с линейными боевыми танками и сохранение обычных боевых свойств, а также наличие средств связи. Как и линейные танки, огнеметные для постановки завесы снабжались дымовыми шариками. К недостаткам относились отсутствие кругового огнеметания, малый сектор обстрела по вертикали и ограниченная возможность ведения прицельного огня из огнемета. По сути, это были линейные танки с дополнительным огнеметным вооружением. ОТ-34-85 состояли на вооружении Советской Армии до конца 1950-х гг., когда их заменили машины на базе Т-54 и Т-55, которые получили индексы соответственно ОТ-54 и ОТ-55. На этих машинах огнеметы устанавливали в башне вместо спаренных пулеметов.
В 1941 г. в СКБ-2 Ленинградского Кировского завода (Л КЗ) под руководством Ж. Я. Котина был объявлен конкурс на эскизный проект сверхтяжелого танка КВ-4 (объект 224) с боевой массой 80-92 т. По опыту войны в Финляндии предполагалось создание танка прорыва долговременной обороны, и в состав вооружения танка кроме 107-мм и 45-мм танковых пушек и 3-4 пулеметов включили огнемет. В этом же году был закончен проект тяжелого огнеметного танка КВ-6, вооруженного 76-мм пушкой Ф-32, тремя пулеметами ДТ и огогнеметом с запасом огнесмеси на 15 выстрелов. В августе 1941 г. в СКБ-2 ЛКЗ началась срочная работа по установке огнеметного вооружения на серийный тяжелый танк КВ. Испытания огнеметов для этих танков проводились в районе Красного Села, но закончить работы по танку не удалось в связи с эвакуацией завода в Челябинск, где на базе Челябинского тракторного завода был образован Челябинский Кировский завод.
В ноябре 1941 г., уже в Челябинске конструкторы Кировского завода начали проектирование тяжелого огнеметного танка КВ-8 (объект 228) на базе серийного KB-1 с установкой огнемета АТО-41. Огнемет устанавливался в башне измененной конструкции рядом со спаренным пулеметом ДТ. Но оставить вооружение КВ, как в случае с Т-34 не удалось, по причине нехватки пространства в башне. Именно поэтому вместо 76,2-мм орудия установили 45-мм танковую пушку обр. 1934/38 гг. с боекомплектом 88 выстрелов. Запас огнесмеси составлял 960 л, что позволяло делать до 92 выстрелов с расходом за один выстрел около 10 л смеси (стандартной из мазута и керосина или спецсмесью). Запас патронов для АТО-41 — 107 шт. В остальном КВ-8 практически не отличался от базовой машины. Для придания КВ-8 сходства с обычным KB-1 (дабы не выделять для противника специальные машины в боевом порядке) 45-мм пушку укрыли кожухом, придававшим ей сходство с пушкой Ф-32. Из четырех пулеметов ДТ один был зенитным. Штатные средства связи сохранялись. В январе 1942 г. танк был принят на вооружение и выпускался серийно с весны 1942 г. Всего было выпущено 102 машины. 
По итогам Харьковской операции 1942 года было принято решение модернизировать тяжелый танк КВ-1 в сторону увеличения маневренности. Добиться этого удалось засчет уменьшения боевой массы и изменения трансмиссии. Модернизированный КВ-1С («скоростной») был принял на вооружение 20 августа 1942 года, и сразу же на Кировском заводе в Челябинске начался серийный выпуск этих машин. До сентября 1943 года было выпущено 1106 танков типа КВ-1С. Было решено делать огнеметные машины на базе КВ-1С. Новый танк назвали КВ-8С. На этой машине устанавливался огнемет АТО-42. При этом возимый объем огнесмеси сократился до 600 л, количество выстрелов — до 57-60, зато боекомплект 45-мм пушки увеличился до 114 выстрелов (попытка более оптимального сочетания “пушечных” и “огнеметных” качеств), спаренный пулемет не устанавливался, так что запас патронов к пулеметам сократился с 3400 до 3000. Добавился один член экипажа. В целом КВ-8 стал компромиссом между стремлением к круговому обстрелу огнемета (главное достоинство этого танка, позволявшее ему выбирать скрытые подступы к цели, не разворачиваться перед траншеями) и желанием сохранить артиллерийское вооружение. Но снижение огневой мощи по сравнению с линейными танками не окупалось огнеметанием. 45-мм пушка была слаба в борьбе с огневыми точками и контратакующими танками противника, особенно с появлением у немцев «Тигров» и «Пантер». Вскоре прекратился выпуск танков КВ, они уступили место ИСам. Всего было выпущено 35 КВ-8С. Огнеметные танки составили около 2,9 % от всех выпущенных танков КВ. Отказ от тяжелых огнеметных танков в пользу средних ОТ-34 и ОТ-34-85 был обусловлен тем, что тяжелые танки все реже использовались как машины прорыва и стали скорее машинами поддержки с мощным орудием.
В 1942 г. огнеметные танки сводились в отдельные огнеметно-танковые батальоны (оотб) в составе двух рот КВ-8 по 5 машин в роте и одной роты ОТ-34 из 11 машин. В качестве средства усиления фронтов из батальонов сформировали огнеметно-танковые бригады РВГК (оотбр) трехбатальонного состава. Бригада имела 59 танков. После снятия с вооружения КВ-8 батальоны состояли из двух рот ОТ-34 и одной с линейными танками Т-34 (или же Т-34-85). В наступлении огнеметно-танковые батальоны применялись для поражения живой силы противника и уничтожения его огневых средств в укрытиях и долговременных сооружениях. В основном при атаке укрепленных полос и населенных пунктов, придавались они при этом стрелковым частям. В ходе наступления огнеметные танки располагались в боевом порядке обычно за линейными танками, а при подходе к объектам атаки (укреплениям, домам и т.п.) выдвигались вперед и уничтожали огнеметанием назначенные цели, выжигали живую силу из сооружений. При атаке сильно укрепленных огневых точек требовался сосредоточенный огонь, причем иногда первый выстрел делали без поджигания струи, зажигая огнесмесь вторым выстрелом — так обеспечивалось более надежное поражение и меньше смеси сгорало в полете. Атакуя полевую оборону, огнеметные танки старались подойти к самым траншеям и, развернувшись, вели огнеметание вдоль траншей. Действуя как танки непосредственной поддержки пехоты (НПП), огнеметные танки, подобно линейным, могли нести пехоту на броне. В боях на улицах городов и при прорыве сильно укрепленных позиций они небольшими группами или по одному включались в состав штурмовых отрядов и групп. Например, в ходе боев за Данциг в марте 1945 г. в состав штурмовых групп включали: 3-4 линейных танка, 2 САУ, 3 танка ОТ-34 (из состава 510-го оотп), 4 орудия дивизионной и полевой артиллерии, стрелковую роту с пулеметами и ПТР (противотанковыми ружьями), отделение саперов (10 человек), отделение ранцевых огнеметов (10 человек), гранатометчиков (6 человек). Особенно проявили себя танковые огнеметы на заключительном этапе войны, когда Красной Армии неоднократно приходилось штурмовать немецкие города-крепости. В этих городских боях они часто оказывались эффективнее танковых пулеметов, выжигая стрелков и “фаустников” (солдат с фауст-патронами) противника в укрытиях, вели огнеметание по огневым точкам на нижних этажах и в подвалах, ДОТам и ДЗОТам. В боях особо отличились 235-я отдельная огнеметно-танковая бригада и 512-й отдельный огнеметно-танковый батальон в контрнаступлении под Сталинградом, 516-й отдельный огнеметно-танковый батальон в боях под Таганрогом и Мариуполем, 31-я огнеметно-танковая бригада в боях под Харьковом (1943 г.). Этой бригаде присвоено почетное наименование Барвенковская. В июле 1944г. та же 31-я бригада участвовала в освобождении Вильнюса. Также огнеметные танки использовались при штурме цитадели города Познань.
В начале 1944 г. на базе 510-го отдельного огнеметно-танкового батальона был сформирован 510-й отдельный огнеметно-танковый полк (оотп). В его состав вошли две танковые огнеметные роты, ремонтный, транспортный взводы, другие подразделения обеспечения. Полк вошел в состав 1-й штурмовой инженерно-саперной бригады РВГК, причем техника полка — 21 танк ОТ-34, 6 бронеавтомобилей БА-64, 7 мотоциклов и 53 специальных и грузовых автомашины — была приобретена на средства, собранные трудящимися предприятий г.Краматорска. За отличные действия в ходе освобождения г.Белосток в июле 1944 г. полк получил наименование Белостокский. С июня 1944г. по май 1945 г. 510-й оотп уничтожил, согласно отчетам, 8 танков и САУ, 85 орудий, 208 пулеметов и противотанковых средств, 132 БТР, тягачей и транспортных машин, 195 повозок, 12 ДОТов, около 4 тысяч вражеских солдат и офицеров. Поскольку огнеметные танки использовались для штурма укрепленных позиций, требовалось их тесное взаимодействие с саперами — в частности, в ходе боев за Белосток ОТ-34 преодолевали минные поля вслед за танками-тральщиками. Для разграждения пути движения огнеметные танки нередко брали на броню саперов.
Использовавшиеся в советских огнеметах огнесмеси значительно превосходили немецкие, обеспечивали большую дальность и эффективность огнеметания.
Великая Отечественная война доказала на практике острую необходимость участия в общевойсковом бою огнеметных подразделений. Наиболее красноречиво об этом говорят сухие цифры статистики: всего за годы войны наши огнеметчики уничтожили 33 тысячи солдат и офицеров противника, сожгли 120 танков и «выкурили» противника из более чем 5000 оборонительных сооружений.
Германия
Немцы спохватились намного позже. Первая их огнеметная поделка датируется 1939 годом. 21 январи 1939 года было принято решение о формировании огнеметных подразделений специального назначения. Фирмы Манн (MAN) и Вегманн (Wegmann) получили задание спроектировать огнеметный танк. Фирма MAN при создании такой машины использовала шасси танков Pz.II ausf.D/E. Сам Pz II был легким 12-тонным танком с броней до 30 мм и вооружен 20-мм автоматической пушкой и пулеметом в башне. На новый огнеметный танк установили башни оригинальной конструкции, вооруженные одним лишь пулеметом MG 34. Два огнемета Flamm 40 размещались в дистанционно управляемых вращающихся башенках, расположенных в передней части надгусеничных полок. Башенки могли поливать огненной струей пространство на 180° без поворота корпусом. Бронированные баки с oгнесмесью устанавливались на надгусеничных полках позади башенок с огнеметами. Давление для oгнеметания создавалось с помощью сжатого азота. Баллоны с азотом находились внутри корпуса танка. Огнесмесь при выстреле поджигалась ацетиленовой горелкой. Позади баков с огнесмесью на специальных кронштейнах были установлены мортирки для пуска дымовых гранат. Танк нес 320 л. огнесмеси на 80 выстрелов, дальность огнеметания составляла 30-35 м. Применяемая огнесмесь состояла из каменноугольного масла, тяжелого бензола и керосина или смеси моторного масла с керосином и бензином. При горении развивала температуру до 600 — 700°С. Горение сопровождалось выделением густого черного дыма. Боекомплект пулемета составлял 1800 патронов. Экипаж- 3 человека. Танк получил официальное название Pz IIFlamm (Panzerkampfwagen II Flamm ausf A und B, он же Sdkfz 122, он же Flamingo)
Производство началось в мае 1940 года, и до октября 1941 произведено было 112 ед., плюс 43 танка были переделаны из линейных Pz.ll Ausf.D/E. Общий выпуск составил 155 единиц.
На 22 июня 1941 года эти машины имелись в 19-й танковой дивизии (группа армий «Центр», 3-я танковая группа генерала-полковника Гота) и в двух огнеметно-танковых батальонах: в 100-м (2-я танковая группа генерала-полковника Гудериана), который имел 42 огнеметных танка и 40 линейных танков трех моделей, и в 101-м, (та же 3-я тгр Гота)-имел так же 42 огнеметных танка и 31 обычный. Танки применялись в уличных боях в Смоленске и Калинине. Слабая броня и повышенная пожароопасность быстро сказались на потерях – к марту 1942 года 100-й и 101-й отб переформировали в обычные танковые батальоны, а их технику отправили на завод для переделки в линейные Pz II или в противотанковые САУ «Мардер» (Marder), вооруженные трофейной русской 76,2-мм пушкой. Несколько огнеметных «двоек» еще оставались в некоторых частях.
Вторым немецким огнеметным танком стал B-2 (f) (Flammwagen auf Panzerkampfwagen B-2 (f) ) на базе трофейных французских B-1bis. Это был средний танк с приличным бронированием (до 60-мм) с одной 75-мм пушкой, одной 47-мм и одним пулеметом. До войны их было построено 365 единиц. По бронированию и вооружению этот танк превосходил все немецкие, но французы бежали так быстро, что немцам в руки попал 161 исправный танк. Экипаж танка состоял из 4 человек, при чем один из них находился в башне. Этот факт немцам не нравился, и в итоге большинство машин либо использовались как учебные, либо состояли во второстепенных частях на Западе (например, в оккупационных силах на британских островах Гернси и Джерси). Несколько B-1bis повоевали на Бакланах в составе дивизии СС «Принц Ойген», а два отметились даже на Восточном фронте. В марте 1941 года было принято решение переоборудовать несколько B-1bis в штурмовые огнеметные танки. Огнемет, действие которого обеспечивал двухтактный мотоциклетный мотор, предоставляла фирма «Кёбе» (Koebe). Устанавливали огнемет в шаровой установке вместо 75-мм пушки. Над огнеметом сооружалась будка со смотровыми приборами для огнеметчика. Огнесмесь находилась в бронированном баке на корме танка. Всего переделано 60 танков.
Эти огнеметные машины в большинстве своем поступили в части, уже вооруженные линейными танками B-1bis. Например, два взвода передали в 213-й батальон тяжелых танков на Гернси и Джерси, также их отправили на Балканы в дивизию СС «Принц Ойген». 24 танка поступили в состав 102-го огнеметного танкового батальона и приняли участие во вторжении на территорию СССР, хотя уже к 27 июля 1941 года батальон был расформирован. Через год еще 12 танков отправились на Восточный фронт – они участвовали в битве за Севастополь летом 1942-го. На 30 декабря 1944 года в строю осталось 9 машин. Вероятно, столь неактивное использование этих танков немцами обусловлено пренебрежительным отношением к французской технике.
Есть также свидетельства о переоборудовании легких пулеметных Pz I А в 5-й легкой дивизии Африканского корпуса Роммеля в огнеметные перед штурмом укреплений Тобрука. Переоборудование совершалось в кустарных условиях, для этого применяли ранцевые огнеметы. Огнемет монтировался вместо левого пулемета в башне, огнесмеси хватало на 10-12 односекундных выстрелов дальностью до 25 м. Подобные машина на базе PzI В применялись и до этого – во время Гражданской войны в Испании в 1936.
Понимание нужды в огнеметных танках пришло к немцам слишком поздно – во время Сталинградской битвы. Советские войска сумели превратить в огневую точку каждое окно, каждую кучу кирпичей в городе, до основания разрушенном немецкой авиацией. А ведь как хорошо подошли бы огнеметные танки для выжигания русских из подвалов, руин и разрушенных квартир. Ведь солдат с ранцевым огнеметом в подобном уличном бою – почти всегда смертник, а танк может под ливнем пуль подъехать к огневой точке на нужное расстояние и сжечь ее струей пылающей смеси.
В октябре-ноябре 1942 года Служба вооружений приняла решение о выпуске партии огнеметных танков на базе Pz.III ausf M с огнеметом в башне. Базовая машина представляла собой 22,7-тонный танк, вооруженный 50-мм пушкой и защищенный броней толщиной до 57-мм. В соответствии с этим решением фирма MIAG передала 100 машин модификации М без вооружения фирме Wegmann AG для переделки их в огнеметные. Эта же фирма до этого занималась производством Pz II Flamingo и переоборудованием и трофейных французских танков B1bis в огнеметные B-2, так что опыт подобных работ у Wegmann AG имелся. Вместо пушки в башне Pz.IIIустанавливалась стальная труба длиной 1,5 м, являвшаяся защитным кожухом для 14-мм ствола огнемета, так что танк не особо отличался от линейных. Рабочее давление в стволе, достигавшее 15 МПа, создавалось с помощью вспомогательного двухтактного двигателя DKW мощностью 3 л.с. Перед стрельбой оба бака с огнесмесью емкостью по 100 л каждый в течение пяти минут нагревались горячей водой, поступавшей из системы охлаждения двигателя танка. Расход огнесмеси — 8 л/мин — позволял производить 125 односекундных выстрелов. Дальность стрельбы достигала 55 м. Углы наведения огнемета по вертикали колебались в пределах от— 8° до +20°, по горизонтали — 360°. Вспомогательное вооружение — два пулемета MG 34 — находилось на своих штатных местах (в башне в в лобовом листе корпуса),а в их боекомплект входило 3750 патронов. Опыт применения Pz II Flamingo показал важность надежного бронирования для огнеметного танка, поэтому было принято решение на лобовую часть корпуса приварить дополнительный 30-мм бронелист, благодаря чему толщина лобовой брони корпуса составила 80 мм. Экипаж танка Pz.III(FI) (Sdkfz 141/3) состоял из трех человек— командира (он же стрелок-огнеметчик), стрелка-радиста и механика-водителя. Масса танка равнялась 23 т.
Выпуск начался в январе 1943 года, но из-за трудностей в изготовлении огнеметов производство затянулось. Заказ на изготовление огнеметных машин был выполнен к апрелю 1943 года, и большинство из них отправили на Восточный фронт. Их боевое крещение произошло в битве на Курской дуге, где участвовал 41 танк этой модификации (14 – в 6-й танковой дивизии, 13- в 11-й танковой дивизии, 14- в панцергренадерской дивизии «Гроссдойчланд). Огнеметные танки поступили в танковые полки по семь машин в каждом взводе. Всего было выпущено 100 таких машин. Кроме Восточного фронта есть сведения о применении их в Италии в 43-44 гг.
Отмечалась переделка в огнеметные САУ «Штуг» (StuG, они же Sturmgeschutz, а в нашей литературе и в воспоминаниях ветеранов можно встретить название «Артштурм»). Это были штурмовые самоходные орудия на базе того же Pz.III. В декабре 1942 по опыту той же Сталинградской битвы приняли решение о вооружении некоторого количества этих САУ огнеметами. К июню 1943 предполагалось переделать 220 САУ в огнеметные, но переоборудованы были лишь 10 штук. Орудие заменялось 14-мм огнеметом, добавлены были баки с огнесмесью. Оставили так же пулемет. Повоевать этим САУ не довелось – до 1944 года они использовались в учебных целях. Эти самоходки получили название StuG (Fl). В 1944 году их обратно переоборудовали 75-мм орудиями.
В годы Второй мировой немцы очень любили экспериментировать с модификациями своей техники. На базе знаменитого БТР Sdkfz 251 (также известен, как «Ханомаг») существовало более 20 модификаций (командирские машины, самоходные минометы, зенитные самоходки, разнообразные САУ, машины связи, машины наблюдателей, реактивные установки, и т.д.). Существовала и огнеметная вариация Sdkfz 251/16 (Gerat916). Полугусеничный БТР вооружался двумя 14-мм огнеметами и двумя пулеметами (МG-34 или MG-42 с 2010 патронами). Масса составляла 8,6 т., экипаж- 5 человек. Запас огнесмеси для огнеметов – 700 л.
Эти запасы позволяли совершать до 80 огневыстрелов длительностью до 2 секунд. Брандспойты располагались по бортам машины и имели широкий сектор обстрела. Дальность огнеметания – до 35 метров. Экипажу полагалась специальная одежда для защиты кожи от огня (такая была у пехотных огнеметчиков) и очки.
С января 1943 и до августа 1944 было выпущено около 300 таких машин. Повоевали они и на Западном фронте, и на Восточном. Рациональность применения таких машин под вопросом – бронирование у базового БТР защищало лишь от пуль, а если к этому добавить открытый кузов и малую дальность огнеметания, то можно предположить, что экипажи этих машин были практически смертниками.
Перед зимним наступлением немцев в Арденнах 27 ноября 1944 Гитлер приказал, чтобы в операции участвовало не менее 20-30 огнемётных машин. Было решено переделать в огнеметные 20 САУ «Хетцер» (Hetzer, Jagdpanzer 38 (t) ). «Хетцер» представлял из себя отличную легкую противотанковую САУ с низким профилем (высотой всего 2,17 м.) на базе чешских 38-тонных танков (Pz 38 (t) ), вооруженную 75-мм противотанковым орудием. 8 декабря 20 новых заводских «Хетцеров» направили на конверсию, которую успешно завершили. 3 января Гитлеру показали снимок с огнемётными машинами, которые он захотел. На линейном «Хетцере» вместо пушки, как и на Pz III (Fl) устанавливалась муляжный ствол, в котором находилось 14мм сопло огнемёта. Сам огнемёт фирмы «Кёбе» (Koebe Flammenwerfer) устанавливался в передней части боевого отделения и имел весьма ограниченные углы поворота. Бак с 700 л горючей жидкости так же находился в боевом отделении. Его хватало на 60-70 огнеметаний. В секунду металось 7,8л жидкости. Можно было метать как горящую жидкость, так и не горящую. Жидкость – Flammoel Nr.19 – являлась смесью бензина и нефти. Воспламенение осуществлялось специальными воспламенительными патронами – Zuendpatrone. Далность метания негорящей жидкости – 50м, горящей – 60м. Давление для метания жидкости нагнеталось специальной помпой на 15 атмосфер. Помпа конструкции Koebe HL II 40/40 1000/200 работала на двухтактном моторе Auto-Union ZW 1101 (DKW), 28 л.с., 1100 куб.см. Топливный бак на 25л обеспечивал помпе два часа непрерывной работы на полной мощности. На крыше стоял пулемёт MG34 с дистанционным управлением. Огнеметный «Хетцер» весил 13.5 тонн. В остальном Fammpanzer практически не отличался от обычного Хетцера, из которого он конвертировался. Экипаж увеличили до четырех человек (водитель, огнеметчик, радист, командир), хотя первоначально планировался экипаж из трёх человек (водитель, огнеметчик и командир, дополнительно выполняющий обязанности радиста). Интересно, что фактически «Хетцер» с огнеметом являлся САУ, но немцы именовали его «огнеметным танком».
Огнеметные «Хетцеры» были сведены в две роты огнемётных танков по 10 машин – Panzer-Flam-Kompanien 352 и 353. Обе роты поступили в Группу «G» (Heers Gruppe G). 26 декабря 1944 они прибыли в Цвайбрюкен откуда они направились для совместной атаки в передовой атакующей группе в рамках операции “Нордвинд” (Nordwind). Эти машины отметились в атаках на полевые укрепления союзников, в уличных боях за поселки Хаттен и Риттерсхофен. Машина оказалась довольно удачной, как и базовая версия. Отмечалось хорошее лобовое бронирование (60-мм), маневренность (облегчение конструкции с демонтажем пушки устранило перегруз машины), незаметность благодаря низкому силуэту. Вместе с тем жаловались на хрупкость кожуха огнемета, который гнулся даже от попадания пули (что сказывалось на функционировании огнемета), недостаточную дальность огнеметания, протечки огнесмеси внутри машины. В некоторых случаях использовали незажженную огнесмесь с дальнейшим ее воспламенением. Жидкости давали просочиться во все отверстия атакуемого полевого укрепления, и тогда поджигали горящей струей. Отмечалось значительное деморализующее действие на войска союзников. На 15 марта 1945 в Panzer-Flam-Kompanien 352 насчитывалось 11 огнеметных «Хетцеров», из которых 8 были боеспособными.
Опять вернемся к танкетке «Карден-Ллойд». Итальянцы тоже увлекались переделкой их в свои танкетки -Cv-3/33, некоторые из которых в свою очередь оборудовались пневматическим огнеметом вместо пулемета в корпусе, бак для смеси помещался на крыше. Также была модификация с пневматическим огнеметом в прицепе. Успели повоевать в гражданской войне в Испании, в Северной Африке, на Балканах и даже на Восточном фронте в 1942 году.
Великобритания В июне 1940 года было сформировано управление «нефтяной войной», ведавшее зажигательным вооружением. Англичане начали работу над огнеметными танками с опытов над пехотным танком «Валентайн». модифицировали два танка «Валентайн» — на один установили фугасный огнемет, метательное действие которого производилось зарядами кордита, на другой – пневматический, действовавший давлением газа (азота). Огнесмесь перевозилась в прицепе-цистерне, а огнемет устанавливался в лобовом листе корпуса или в поворотной башенке на крыше отделения управления. Испытания,начавшиеся в 1942 г.,показали, что лучшей является пневматическая система. Огнеметные «Валентайны» так и не повоевали. А вот на долю огнеметных «Черчиллей» выпало немало боев. Сам по себе пехотный танк «Черчилль» был медлительной (до 25 км/ч) тяжелой толстошкурой 40-тонной машиной. Решение о создании огнеметного танка на базе «Черчилля» было принято перед высадкой в Дьеппе в 1942 году. Бак с огнесмесью устанавливался на корме, трубопровод шел вдоль левого борта,брандспойт огнемета системы «Ронсон» находился между выступами гусеничного обвода ближе к левому борту. Дальность стрельбы составила около 40 м. Танк получил название Churchill Oak(Oak – дуб). Три таких танка участвовали в провальном рейде на Дьепп и были уничтожены до их высадки на берег. После проведенных в1942 году вышеупомянутых испытаний огнеметных цистерн Генштаб принял в качестве стандартной систему пневматического огнемета, использующего давление азота.Разработки закончились в 1943 году, первоначальный заказ на бронированные цистерны составил 250 единиц. В качестве танка-носителя выбрали хорошо бронированный «Черчилль» IV. В октябре 1943 его поменяли на «Черчилль» VII. Сам же огнеметный танк получил название «Черчилль Крокодил». Огнесмесь подавалась из бронированного прицепа-цистерны (броня 15 мм) через гибкий рукав к огнемету, установленному вместо курсового пулемета BESA в лобовой части корпуса. При емкости 1818 л. огнесмеси прицеп весил 6,6 т, сжатый азот размещался в прицепе в пяти баллонах. Дальность стрельбы составила 120-135 метров. Запаса смеси хватало на 80 одно-секундных выстрелов. Давление сжатого азота в баллонах – 175-200 кг/см 2 , рабочее давление — 20 кг/см 2 . Поджигание струи — электрической запальной свечой. В качестве огнесмеси использовали бензин с алюминиевой стружкой. В случае необходимости вся огнеметная аппаратура могла сниматься, дабы снова превратить «Крокодайл» в обычный пушечный танк. В последних сериях все «Черчилль» VII можно было довольно быстро переоборудовать в «Крокодилы». Толщина лобовой брони (152 мм) позволяла подвести танк достаточно близко к укреплениям противника. При опорожнении или поражении прицеп-цистерну можно было быстро отсоединить с помощью пиропатрона в механизме сцепки. Разумеется, основное вооружение машины — 75-мм пушка —также могло использоваться. Танк сохранял и спаренный с пушкой 7,92-мм пулемет. Боекомплект — 65 выстрелов к пушке и 6525 патронов к пулеметам. На левом борту башни крепился 50,8-мм дымовой гранатомет.
Как и большинство других специальных машин на танковом шасси, огнеметные танки разрабатывались и испытывались на базе специально сформированной 79-й бронетанковой дивизии. Танками «Черчилль Крокодайл» вооружили два бронетанковых полка. «Черчилль Крокодайл» использовались в Италии и в Северо-западной Европе в 1944-1945 гг. в составе инженерно-штурмовых групп или для непосредственной поддержки пехоты при атаке позиционной обороны. «Крокодайл» успешно применялся для выжигания гарнизонов ДОТов и окопов. Сбрасываемый прицеп давал безусловный выигрыш — уменьшилась пожароопасность танка. Но плюс породил и многие минусы: снизились маневренность и проходимость (танкисты постоянно боялись потерять прицеп
при движении по пересеченной местности и преодолении препятствий, ухудшилась поворотливость), действия в населенных пунктах затруднялись ,да и огнеметная аппаратура усложнилась. Также недостатком прицепа было быстрое падение давления газа, вытеснявшего огнесмесь из прицепа, поэтому экипажам приходилось закачивать газ непосредственно перед боем.
Всего к маю 1945 г . было выпущено 800 комплектов аппаратуры «Крокодайл», 250 из них предназначались для Дальнего Востока. «Крокодайлы» находились в строю до конца войны, но после июля 1944 г . обычно держались в резерве на случай операций прорыва — как, например, планировавшийся прорыв «линии Зигфрида». Роту «Черчилль Крокодайл» использовали в Корее в 1950 г . Было построено также небольшое количество танков «Шерман Крокодайл» с той же огнеметной системой, но только четыре штуки нашли применение в армии США. «Черчилль Крокодайл» был снят с вооружения британской армии в 60-е годы.
Канада
Канадцы являются авторами довольно популярного в американской и британской армиях огнемета «Ронсон» (Ronson). Эти огнеметы они устанавливали и на машины британского производства, которые состояли на вооружении канадской армии. Например, на БТР Universal CarrierMk I (довольно много таких БТРов было поставлено в СССР по ленд-лизу) фирмы Виккерс-Армстронг. Этот БТР представлял собой небольшую слабобронированную открытую гусеничную машину, и это скорее был гусеничный тягач, чем БТР. Такой БТР с огнеметом «Ронсон» прозвали «Уосп» (Wasp – оса). Огнесмесь размещалась в резервуаре емкостью З60 л, установленном снару¬жи на корме корпуса, а поворотный брандспойт – в передней части, над бортом корпуса, на месте пулемет¬чика слева от механика-водителя. На «Уосп» Mk II огнемет с бронекожухом крепился в лобовом листе, при этом несколько возросла защи¬щенность при уменьшившемся секто¬ре обстрела. Рабочее давление создава¬лось сжатым азотом или углекислотой, которые содержались в двух баллонах по 10 л. Дальность огнеметания — до 75 м, число выстрелов — 10-12. Маши¬на была достаточно компактна и быст¬роходна, но слабая бронезащита и от¬сутствие крыши делало этот самоход¬ный огнемет весьма уязвимым. К его достоинствам можно отнести манев¬ренность, малые размеры и сравни¬тельную дешевизну. Для самообороны мог во¬зиться ручной пулемет «Брэн» (Bren) с бое¬комплектом 2000 патронов. Имелся прибор дымопуска, увеличивавший шансы машины на безнаказанный отход.
Также к огнеметному творчеству канадцев можно причислить вариации на тему танка Рэм (RAM). Этот танк являлся переделкой американского среднего М3 General Lee (генерал Ли). Канадцы переделывали некоторые из этих танков в БТР «Кенгуру», который в свою оборудовалсяогнеметной аппаратуры «Уосп» II и пулеметом. Этот самоходный огнемет применялся в Голландии в 1945 г., известен также как «Бэджер» (Badger – Барсук)
Австралия
Еще в июле 1942 г. австралийцы получили 140 танков «Матильда» (еще 33 машины были получены в 1944 г. из Новой Зеландии).
Пехотный танк «Матильда Mk . II » ( Matilda II ) британского производства имел толстую броню и 40-мм (2-х фунтовое по британской терминологии) орудие, стреляющее только бронебойными снарядами. Отсутствие осколочно-фугасного снаряда было терпимо для Северной Африки и Восточного фронта («Матильды» поставлялись в СССР по ленд-лизу и появились на фронте под Москвой в декабре 41-го), так как союзным войскам довольно часто приходилось сталкиваться с немецкими танками или хотя бы БТРами. Но для австралийских танкистов, воевавших на островах в Тихом океане против японцев, практичность такого танка была под вопросом – все-таки японцы имели очень мало танков, а против пехоты, еще и в условиях тропического леса одним пулеметом не обойтись. Находящиеся в австралийской эксплуатации танки подверглись целому ряду переделок, связанных, главным образом, со спецификой театра военных действий. Лобовые ветви гусениц защитили установкой литых крыльев, а погон башни — наваркой бруствера по всему периметру (японские артиллеристы чаще всего стремились перебить гусеницу или заклинить башню австралийских танков). Крыша моторно-трансмиссионного отделения закрывалась либо стальной сеткой, либо крышкой, сваренной из высечки — стальных полос с круглыми отверстиями. И то и другое защищало танки от ручных противотанковых гранат. Серьезное внимание было уделено гидроизоляции днища корпуса, поскольку «матильдам» часто приходилось высаживаться с десантных судов и преодолевать полосу прибоя вброд, а также форсировать многочисленные реки в джунглях. На кормовой части танка разместили розетку телефона для связи с пехотой. Позже британцы поставили и модифицированную модель Matilda CS с 76-мм орудием, а сами австралийцы разработали осколочно-фугасный снаряд для танков с 40-мм орудием. Но все же в джунглях был нужен неуязвимый танк с огнеметом.
В конце 1944 года 25 «Матильд» переделали в огнеметные и прозвали «Матильда Фрог» ( Matilda Frog . Frog -лягушка). Брандспойт огнемета в бронекожухе заменил 2-фунтовую пушку в стандартной маске в башнях танков. Резервуар емкостью 364 л огнесмеси типа «Гелетроль» и баллоны со сжатым воздухом размещались в башне на местах наводчика и заряжающего. На корме корпуса размещался сбрасываемый бак с еще 455 л . огнесмеси, кроме того, 234 л . заливалось в бачки в отделении управления — из них огнесмесь подкачивалась в основной резервуар по мере расходования. Дальность огнеметания достигала около 90 м , но на практике получалось меньше. За один выстрел расходовалось до 37 л . смеси. Между выстрелами проходило от 20 до 30 с, необходимых для получения необходимого давления воздуха с помощью насоса. Кормовой сбрасываемый бак танкисты чаще всего оставляли пустым, дабы избежать пожара. Применялись в боях на Борнео и на Новой Гвинее в 1944-45 гг.
Несовершенная конструкция огнемета (эффективность ограничивалась паузой между выстрелами, необходимой для получения необходимого давления воздуха с помощью насоса) заставила австралийцев задуматься над усовершенствованием конструкции огнеметной «Матильды». Новая «Матильда Мюррей» (Murray> – река в Австралии), созданная в 1945 г ., внешне была аналогична «Фрог», за исключением того, что пневматический огнемет теперь был заменен фугасным, действовавшим за счет давления пороховых газов, образующихся при сгорании заряда кордитного пороха, что позволило обеспечить огнеметание очередями. Емкость основного резервуара в башне увеличилась до 591 л . Успешному применению огнемета способствовало бронирование танка «Матильда» (толщина лобовой брони составляла 78 мм ) и почти полное отсутствие у противника адекватных противотанковых средств. Огнеметные танки оснащались дымовыми гранатометами на бортах башни. Повоевать «Мюрреям» так и не удалось в виду поражения Японии в войне.
США
Когда американская морская пехота столкнулась с жестоким сопротивлением японцев в джунглях, укреплениях и пещерах островов Тихого океана, то стал вопрос о создании огнеметных танков. На тот момент самым распространенным танком в USMC (Корпус морской пехоты США) был легкий M3 «Генерал Стюарт» (General Stuart), вооруженный 37-мм пушкой. Первой вариацией был М3 с ранцевым огнеметом вместо курсового пулемета в шаровой установке. Этот вариант не прижился. В виду слабой мощности 37-мм фугасного снаряда было решено демонтировать пушку и заменить ее канадским пневматическим огнеметом «Ронсон» с дальностью стрельбы 35-40 м. Запас огнесмеси составил 170 л. С огнеметом был спарен 7,62-мм пулемет Браунинг. Эти машины получили устрашающее прозвище «Сатана» (Satan), их свели в роты и придали танковым батальонам морской пехоты. В конце 1943 было переделано в огнеметные 20 танков М3.
В боях они показали себя очень эффективно, буквально выжигая японскую пехоту из бункеров и пещер. Исходя из этого опыта, перед высадкой на о. Сайпан все имеющиеся М3 были переделаны в огнемётные танки.
Но в боях на Иво-Джиме и Окинаве они уже не принимали участия. Всего в огнеметные переделали 37 танков М3 «Стюарт». Так же опытные работы велись над подобным легким танком М5, но серийных моделей произведено не было.
Много опытов с огнеметами проводилось на базе знаменитого среднего танка М4 «Генерал Шерман» (General Sherman).
Тут было множество вариаций – установка вместо курсового пулемета (модель М-3-4-3, бак с огнесмесью в корпусе), кустарная модификация с установкой огнемета вместо 105-мм гаубицы (модель POA, бак размещался в башне, снимался затвор гаубицы, заменялся брандспойтом, но ствол орудия оставался), то же самое, но на танках с 75-мм пушкой (модель POA-CWS-75-H1), вариация с установкой брандспойта вместо спаренного пулемета, пушечное вооружение оставалось (POA-CWS-75-H2). Также на некоторые танки устанавливали канадский огнемет «Ронсон» или же британскую систему «Крокодайл». Последние использовались 2-й бронетанковой дивизией в Европе в 1944-45 гг. Была даже модификация «Шерман-скорпион» с четырьмя огнеметами для защиты от атак японских солдат-камикадзе. Все эти разнообразные вариации огнеметного «Шермана» применялись на фронте, в основном на Тихом океане. Отметились эти танки и на Иво-Джиме, и на Окинаве.
В 1944 несколько БТРов-амфибий LVT были оборудованы огнеметами «Ронсон» вместо 37-мм орудий при высадке в заливе Лейте.
После Второй мировой войны интерес к огнеметным танкам пропал. В СССР, как говорилось выше ограничились огнеметными машинами на базе Т-54,Т-55 и Т-62, а в США – огнеметными М67 (М48 с огнеметом), которые довольно успешно применяла морская пехота в джунглях Вьетнама. Спад интереса к машинам, извергающим пламя, частично обусловлен совершенствованием противотанкового оружия. Толк от таких машин был в основном в борьбе с повстанцами.
Подводя итог, можно сказать, что лучшей огнеметной машиной Второй мировой был огнеметный танк от-34, что в было обусловлено качеством танка-носителя в сочетании с лучшим танковым огнеметом войны АТО-42. Что же касается других машин, то знаменитый «Черчилль-крокодил» имел немало недостатков, оставшихся от танка «Черчилль» и некоторые новые, добавленные прицепом-цистерной системы «Крокодил» (хотя и плюсы, как сказано выше, тоже были). Огнеметные «Шерманы» были довольно качественными машинами, но их было относительно немного и все они были разной конструкции. Немцы же так и не подошли к созданию качественной серийной огнеметной машины.
ХБТ-5 
Почему танк Т-34 имел огромные потери
Историю, как известно, пишут победители. И это сказалось на появлении многих мифов и утверждений по окончанию Второй мировой войны. К тому же эти мифы усердно насаждались советской пропагандой, и поэтому у многих сложилось превратное впечатление о войне, самой кровопролитной в истории человечества.
Настало время отбросить их и посмотреть, как же все обстояло дело, чтобы реально оценить подвиг наших воинов во время Великой Отечественной войны. Ведь именно наш советский народ стал победителем над захватчиками из многих стран Европы, а не только Германии.
Советский танк Т-34 хорошо известен всем, кто интересуется историей Второй мировой войны. Книги, статьи, документальные фильмы и прочие материалы представляют его как всепобеждающий "танк Победы". Он превосходил все немецкие танки, имел наклонную броню, беспрецедентную мобильность и был одной из главных причин, почему СССР выиграл на Восточном фронте.
Насколько реалистичны эти заявления? Был ли Т-34 танком, действительно выигравшим войну? Каков он по сравнению с немецкими и американскими танками? Если мы попытаемся ответить на эти вопросы, то привычные мнения начинают меняться. Вместо механического чуда мы получаем плохо спроектированный и произведенный танк, который понес ужасающие потери по отношению к "более слабым" немецким танкам.
Революционный дизайн Т-34
Т-34 многими представляется первым танком, который имел наклонную броню. Это означает, что защита танка была значительно улучшена, по сравнению с обычной броней, под прямым углом. Однако французские танки того времени, такие как S-35 и Рено R-35 также имели наклонную броню.
Наклонная броня имеет и недостатки. Например, она серьезно уменьшает внутреннее пространство. Ограниченное пространство не только влияет на работу экипажа, но и превращает Т-34 буквально в стальной гроб. Американское исследование войны в Корее (анализировались Т-34/85, которые были просторнее, чем Т-34/76) пришло к выводу, что из-за ограниченного внутреннего пространства пробитие брони танка, как правило, вело к разрушению танка и потеря экипажа с 75 % шансом. Для "Шермана" этот показатель составил всего 18% .
Немецкие танки Pz.III и Pz.IV в целом имели обычную конструкцию корпуса, лишь отчасти используя наклон в средней части лобовой брони. Новый танк "Пантера" был первым немецким танком с полностью наклонной броней в передней части и по бортам, однако внутреннее пространство не было таким же ограниченным, как в Т-34, если сравнить габариты этих танков и их вес.
Башня Т-34 также страдала от недостатка места. Американские эксперты, исследовавшие Т-34 на полигоне в Абердине в 1942 году, отметили:
"Главная его слабость заключается в том, что он очень тесный. Американцы не могли понять, как наши танкисты могли поместиться внутри в зимнее время, нося полушубки."
Топливные баки в боевом отделении
Из-за ограниченного внутреннего пространства топливные баки находились в моторном отсеке и по бортам. Наличие топливных баков внутри танка делало любое его пробитие фатальным.
По утверждению автора Стивена Залога в "T-34-85 vs M26 Pershing: Korea 1950", стр. 23:
"Наклонная броня рисует только часть картины о защите танка. Значительную роль в уязвимости танка играет внутреннее расположение топливных баков. Т-34-85 — это наглядный пример компромисса между преимуществами и недостатками наклонной брони. Хотя такая броня уменьшала вероятность пробития танка, это также привело к снижению внутреннего объема корпуса. В случае пробития Т-34, у снаряда была высокая вероятность нанести катастрофический ущерб танку за счет попадания в топливные баки и боеприпасы, хранящиеся в таком маленьком пространстве."
Помимо ограниченности внутреннего пространства, Т-34 имел также еще серьезный конструктивный недостаток в виде двухместной башни, в результате чего командир был вынужден также выполнять функции наводчика. Это резко ограничивало боевую эффективность танка, так как командир не мог сосредоточиться на командовании танком, вместо этого ему приходилось вести огонь. Трехместная башня была введена на Т-34/85 в марте 1944 года.
Броня Т-34 имела высокий рейтинг Бринелля. Это означает, что она была эффективна в нейтрализации противотанковых снарядов, но имела свойство отслаиваться. В сочетании с производственными дефектами в конструкции танка это означало, что экипаж Т-34 был в опасности даже при попадании в танк снарядов, не пробивших броню.
Исследование "Review of Soviet ordnance metallurgy" на стр. 3-5 сообщает:
"Броня танка Т-34, за некоторым исключением, прошла термическую обработку, получив очень высокую твердость (430-500 по Бринеллю), вероятно, это являлось попыткой обеспечить максимальную защиту от бронебойных снарядов, даже за счет нарушения структурной целостности брони. Некоторые части брони имеют удивительно высокую прочность, учитывая очень высокую твердость, но многие участки брони являются очень хрупкими. Очень высокая твердость встречаются в большинстве советских танков и ее создание это следствие утверждения, что высокая твердость брони имеет высокую устойчивость к пробитию."
Для снарядов, чей калибр равен или меньше толщины брони, увеличение твердости ведет к увеличению необходимой для пробития скорости или к уменьшению дистанции. Если калибр снаряда превышает толщину брони, то чем больше ее твердость, тем меньше требуется скорость снаряда или больше расстояния.
Подвеска Кристи, используемая на Т-34, имела преимущество в том, что танк мог развивать высокие скорости на дорогах. Среди недостатков стоит отметить то, что она занимала много внутреннего пространства, и имела плохую проходимость на пересеченной местности.
Немецкие испытания в Куммерсдорфе (1 км холмистой трассы) показали, что Т-34 имел плохие результаты по сравнению с Pz. IV, "Тигром", "Шерманом" и "Пантерой" .
По данным исследования "Engineering analysis of the Russian T34/85 tank", главной проблемой было отсутствие амортизаторов.
Подвеска Кристи являлась технологическим тупиком, и в отчете Абердинского полигона говорится: "Подвеска Кристи проходила испытания много лет назад и была безоговорочно отвергнута".
Еще одной крупной проблемой была громоздкая коробка передач. Она имела низкую надежность и требовала чрезмерных усилий для переключения передач, что приводило к усталости водителя. Исследование "Engineering analysis of the Russian T34/85 tank" сообщает :
"Трудности в переключении передач (которая не имела синхронизаторов) и многодисковое сухое сцепление, несомненно, делали вождение этого танка очень сложным и утомительным делом."
Изначально мощный V-2 двигатель (500 л.с.) не мог быть использован в полной мере из-за 4-ступенчатой коробки передач. Переключение передач требовало от водителя чрезмерных усилий. На Т-34 можно было использовать 4-ую передачу только на асфальтированной дороге, таким образом, максимальная скорость на пересеченной теоретически составлявшая 25 км/ч, на практике достигала только 15км/ч, потому что для переключения со 2-ой на 3-ю передачу требовалась нечеловеческая сила.
На более поздних модификациях имелась 5-ступенчатая коробка передач, что позволило поднять скорость по пересеченной местности до 30 км/ч. Однако, даже танки, построенные в конце войны, не гарантировали, что у них окажется новая 5-ступенчатая коробка передач. Танки, переданные польской народной армии в конце 1944 — начале 1945 года и танки, которые использовались армией Северной Кореи в 1950 году, имели старую 4-ступенчатую коробку передач.
Т-34 был вооружен орудием с большим калибром. Первоначально он вооружался пушкой 76-миллимитровой Л-11. Она была скоро заменена на Ф-34 76 мм в 42 калибра, а Т34/85 был вооружен 85-мм ЗИС С-53 в 54,6 калибров.
Цифры выглядят впечатляюще. Ведь основной немецкий танк 1941-1943 годов Pz.III имел 50-мм пушку, а Pz.IV только в 1943-1945 г. получил удовлетворительное 75мм орудие. Однако советские танковые пушки страдали от низкой скорости, которая вела к ухудшению пробития и точности на дальних дистанциях.
Например, начальная скорость (в м/с) для советских орудий составляла: Л-11 — 612 м/c, Ф-34 — 655 м/c (а при использовании немецких снарядов Pzgr39 — 625 м/с), ЗИС С-53 — 792 м/с. Начальная скорость для немецких снарядов: Квк 38 Л/42 — 685, KwK 39 L/60 — 835 м/с, KwK 40 L/43 — 740 м/с, КwK 40 L/48 — 790 м/с, KwK 42 – 925 м/с.
Таким образом, 75мм KwK 40, используемая для Pz.IV и StuG с середины 1942 г, имела гораздо лучшую пробиваемость и точность, чем Ф-34, а орудие "Пантеры" KwK 42 также превосходило ЗИС С-53 в тех же областях.
Изначально, только командир части имел в своем танке радио. В ходе войны радио использовалось более широко, но даже в 1944 году многим танкам не хватало раций. Отсутствие связи означало, что советские танковые части действовали с недостаточной координацией.
Немецкие отчеты показывают, что Т-34 имели серьезные трудности с ориентированием на местности. Эта проблема была частично решена в ходе войны. Т-34 версии 1941 года не хватало приборов наблюдения, которые устанавливались повсеместно на немецких танках. Такое оборудование позволяло командиру вести обзор на 360 градусов. Оптика Т-34 также была плохого качества.
Т-34 версии 1943 года оснащалась новой башней увеличенных габаритов и новой командирской башенкой, которая имела смотровые щели по периметру и прибор наблюдения МК-4 в створке вращающейся крышки.
Однако качество советской оптики в сочетании с ограниченной видимостью все еще оставляли желать лучшего. Отчет, составленный немецким подразделением, использовавшим Т-34 версии 1943 года гласил:
"Качество прицелов в русских танках значительно уступает немецким разработкам. Немецкие экипажи должны были долго привыкать к русским прицелам. Возможность точного попадания через такой прицел очень ограничена.
В русских танках трудно командовать танком, а тем более их группой, и в то же время выполнять роль наводчика, поэтому эффективно управлять огнем группы танков едва ли возможно, в результате чего огневая мощь группы снижается. Командирская башенка на Т -34 упрощает командование танком и ведение огня; однако, обзор ограничен пятью очень маленькими и узкими щелями.
Безопасное вождение Т-43 и СУ-85 не может происходить с закрытыми люками. Мы основываем это заявление на нашем опыте — в первый день боя на Ясском плацдарме, четыре трофейных танка дивизии застряли в траншее и так и не смогли освободиться самостоятельно, что привело к разрушению вооружения, размещенного в траншеях, во время попытки их извлечения. То же самое случилось и на второй день."
Т-34 должен был стать простым и надежным танком, который редко ломался. Очень многие любят сравнивать его с более сложными немецкими танками, которые, якобы, часто ломались. Концепция Т-34 как надежного танка — это еще один миф Второй мировой войны.
Большинство танков в 1941 году были потеряны из-за их технической неисправности. Те же проблемы надежности продолжалась и в период 1942 — 1944 годов. Эвакуация и передислокация промышленных объектов в сочетании с потерей квалифицированных кадров приводили только к падению надежности.
В 1941 году тридцатьчетверкам часто приходилось возить с собой запчасти к коробкам передач. В 1942 году ситуация ухудшилась, поскольку многие танки могли преодолеть небольшие расстояния до выхода из строя. Летом 1942 года Сталиным был издан приказ:
"Наши танковые войска часто несут потери больше из-за механических поломок, чем в бою. Например, на Сталинградском фронте за шесть дней, двенадцать наших танковых бригад потеряли 326 из 400 танков. Из них около 260 потеряно из-за механических поломок. Многие танки были брошены на поле боя. Подобные случаи можно наблюдать и на других фронтах. Такой высокий уровень механических поломок неправдоподобен и, Верховный штаб видит в нем скрытый саботаж и вредительство со стороны определенных элементов в танковых экипажах, которые пытаются использовать небольшие механические проблемы, чтобы избежать битвы. Отныне, каждый танк, оставленный на поле боя из-за якобы механических поломок, и при подозрении экипажа в саботаже, его члены должны быть "разжалованы в пехоту. "
Постоянные жалобы с фронта заставили власти исследовать проблемы с производством Т-34. В сентябре 1942 года прошло собрание на Уральском танковом заводе. Собрание проводил генерал-майор Котин, нарком танковой промышленности СССР и главный конструктор тяжелого танка "Климент Ворошилов". В своей речи он сказал:
". Рассмотрев проблемы инженерного и технологического характера, я хотел бы обсудить еще один вопрос, который имеет прямую связь с недостатками производственными. Они в себя включают: небрежность и неаккуратность в процессе производства танков на заводах, плохое качество контроля. В результате, в ходе боевого применения наши танки выходят из строя, иногда не достигая линии фронта, либо экипаж вынужден оставлять танки на вражеской территории из-за какой-то мелочи. мы должны убедиться, что в результате этого собрания все недостатки будут выявлены и исправлены в кратчайшие сроки.
Недавно товарищ Морозов и я посетили товарища Сталина. Товарищ Сталин обратил наше внимание на то, что вражеские танки свободно прошли многие километры наших земель, и, хотя наши машины лучше, они имеют серьезный недостаток: после 50 — 80 километров они требуют ремонта. Это происходит из-за недостатков шасси и также, как сказал товарищ Сталин, из-за привода, сравнив Т-34 с немецким Pz.III, который состоит на вооружении немецкой армии, который уступает в броневой защите и в других важных характеристиках, в экипаже, и не имеет такого прекрасного двигателя как у Т-34, причем двигатель Pz.III бензиновый, а не дизельный.
Товарищ Сталин дал указания инженерам, наркому товарищу Зальцману, руководителям заводов и обязал их исправить все дефекты в кратчайшие сроки. Было издано специальное распоряжение Государственного комитета обороны, а также директивы Наркомата танковой промышленности. Несмотря на все эти принятые резолюции правительства, несмотря на неоднократные указания армии и главного управления танковых войск, тем не менее, все эти недостатки все еще не устранены. мы должны выявить все недостатки, озвучить предложения по их устранению и ликвидировать их в кратчайшие сроки, а также внести предложения по модифицированию компонентов танка, которые позволят сделать его лучше и быстрее. "
Ситуация по-прежнему оставалась проблематичной даже в 1943-1944 годах. Т-34 имел постоянные проблемы с коробкой передач и воздухоочистителями. Эксперты Абердинского полигона отмечали:
"На Т-34 трансмиссия также очень плохая. Во время ее эксплуатации на ней полностью выкрошились зубья на всех шестернях. Химический анализ зубьев шестерен показал, что термическая обработка их очень плохая и не отвечает никаким американским стандартам для подобных частей механизмов. Недостатки дизеля — преступно плохой воздухоочиститель на танке Т-34. Американцы считают, что только саботажник мог создать такой прибор"
Те же проблемы были выявлены и в Т-34/85, построенный в 1945 году. "Engineering analysis of the Russian T34/85 tank" отмечает:
"В результате полностью неудовлетворительной работы очистителей воздуха двигателя можно ожидать, что это обеспечит скорый отказ двигателя в результате избытка пыли и абразивного износа. После несколько сотен миль, вероятно, как результат, будет иметь место снижение производительности двигателя."
Немецкое подразделение, которое использовало Т-34/76 1943 года выпуска отмечало:
"Независимо от того, что наш опыт ограничен, мы можем с уверенностью заявить, что русские танки не подходят для долгого марша по дорогам и езды на высокой скорости. Оказалось, что самая высокая скорость, которая может быть достигнута, составляет от 10 до 12 км/час. Необходимо также на марше, каждые полчаса как минимум, делать остановки на 15 — 20 минут, давая танку остыть. Трудности и поломки фрикциона поворотного механизма происходили со всеми трофейными танками. В сложной местности на марше, и во время атаки, в которой атакующее танковое подразделение должно часто менять направление движения, в течение короткого времени, бортовые фрикционы перегреваются и покрываются маслом. "
Советские испытания только что построенных Т-34 показали, что в апреле 1943 года лишь 10,1% танков могли пройти 330 км, в июне 1943 этот показатель снизился до 7,7%. Процент оставался ниже 50% до октября 1943 года, когда он смог достигнуть 78%, после чего в следующем месяце он снизился до 57%, а в период с декабря 1943 года по февраль 1944-го в среднем составил 82%.
Предварительный осмотр танков, изготовленных на Уральском танковом заводе № 183 (крупным производителем Т-34) показал, что в 1942 только 7% танков не имели дефектов, в 1943 году 14%, а в 1944 году 29.4%. В 1943 году главной проблемой было поврежденные зубья.
Двигатель также имел серьезные проблемы с надежностью. В зависимости от производителя в 1941 году средняя продолжительность работы двигателя составляла в среднем 100 часов. Эта цифра сократилась в 1942 году, поэтому некоторые Т-34 не могли проходить более 30-35 км.
Т-34, которые проходили испытания на Абердинском полигоне, были построены на лучшем советском заводе, использовались материалы максимально хорошего качества, но его двигатель перестал работать после 72.5 часов. Это произошло не из-за американского вмешательства — с танками из Москвы откомандировали советского механика (инженера Матвеева), который отвечал за эксплуатацию. Качество этих танков было намного лучше, чем у обычных танков, поскольку он покрыл расстояние в 343 км. Согласно начальнику автобронетанкового управления Красной Армии Федоренко, средний пробег Т-34 до капитального ремонта во время войны не превышал 200 километров. Это расстояние было сочтено достаточным, поскольку время жизни Т-34 на фронте был значительно меньше. Например, в 1942 году он составляло только 66 км. В этом смысле Т-34 действительно был "надежным", потому что он уничтожался прежде, чем имел возможность сломаться.
Т-34 выходили из строя в середине и даже ближе к концу войны. Пятая гвардейская танковая армия в 1943 году потеряла 31.5% своих танков во время марша к Прохоровке. В августе 1943 года 1-й танковая армия потеряла 50% своих танков из-за механических неисправностей. В конце 1944 г. танковые подразделения стремились заменить двигатели с более чем 30 часами работы перед атакой.
Производство и потери во время войны
Потери в ходе войны составили почти 45.000 танков Т-34! Общие потери советских бронетанковых войск в 1941-1945 годах составили 96.600 единиц бронетехники. Это не опечатка. Почти сто тысяч.
Для сравнения, Германия потеряла на Востоке в 1941-1944 годах 15.673 танков, а учитывая остальные единицы бронетехники (StuG и т. д.) — 23.802.
Т-34 стал жертвой советской и немецкой пропаганд. Немецкая сторона часто превозносила Т-34 для того, чтобы объяснить свои поражения.
Если Т-34 был настолько хорош, каким его делала пропаганда, то Т-34 должен был привести СССР к большим победам или хотя бы к перелому ситуации на фронте уже в 1941-1942 годах. Вместо этого мы видим в этот период противоположные результаты деятельности советских танковых соединений. В 1943-1945 годах Т-34 уже морально устарел, немцы начали использовать обновленные версии Pz.IVи StuG III, оснащенные мощными КwK 40, и конечно, "Тигры" и "Пантеры".
"Лучший танк Второй мировой войны" понес ужасные потери против немецкой бронетехники, и даже обновленная версия Т-34/85 не могла преодолеть разрыв. По данным советского доклада, в период с лета 1943 года по март 1945 года, вероятность пробития брони Т-34 немецкими танками или противотанковыми орудиями составляла 88-97%, таким образом, любой снаряд, который сумел поразить, практически наверняка пробивал броню.
Так что причиной высоких потерь «лучшего танка Второй мировой войны» было не только невысокое ратное мастерство наших танкистов, особенно в первый период войны, а технические проблемы с танком. Все это приводило к тому, что в среднем каждый танк совершал всего 5 атак, прежде чем сгореть от вражеских бронебойных снарядов, и очень часто из тесного танка не успевал эвакуироваться весь экипаж. И это только подтверждает мысль о том, какими героическими усилиями была достигнута победа. Когда иностранцы рассуждают о низком качестве танка Т-34, они забывают, что изготовление многих деталей танка проводилось руками женщин и подростков, чего не было в Германии или в США. Весь наш народ встал на защиту Отечества от захватчиков и оккупантов, желающих физически уничтожить славянские народы, в первую очередь советский народ.
Почти по Гудериану : 1. Рацию в каждый танк. 2. Подготовленные экипажи. 3.Тактика.. ну, не "бегайте" по гребням холмов, взаимодействие с пехотой и ВВС. 4. Командиры .. не Ротмистров с "кавалерийскими" рейдами , а Катуков ЛИЧНО позвонивший Сталину на Северном Фасе и убедивший ЗАРЫТЬ танки , выбивать и изматывать противника, мощные минные поля. А в Подмосковье — тактика танковых засад , если не хватает сил биться в лоб с 88-мм зенитной пушкой и цейсовской оптикой. 5. Потери .. свои немцы утащили и восстановили .. , а вот на наши танки под Прохоровкой (не обязательно подбитые) спец. САПЁРЫ подвешивали Заряд и танк УЖЕ восстановлению не подлежал.. Вот и арихметика .
Уважаемый Андрон, извините. Прошу и автора публикации извинить меня, вопрос такой: корректно ли сравнивать тяжелые танки со средними танками в бою?
——
Спасибо.
Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Проза.ру – порядка 100 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более полумиллиона страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2023. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+