Песков заявил о выходе России из кризиса
Россия вышла из кризиса, заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на форуме «Территория смыслов». Его слова приводит телеграм-канал «Мастерская новых медиа».
«Мы вышли из кризиса, и у нас есть перспективы начать достаточно быстрое по сегодняшним меркам развитие. Это уникально. Это еще предстоит изучать вам, как так произошло и откуда взялись такие силы у нашей страны, у нашего народа», — сказал он участникам форума.
После начала российской специальной военной операции на Украине западные страны усилили санкции против России, которые коснулись банковского сектора, госдолга, сферы энергетики и других отраслей.
Москва неоднократно называла санкции незаконными.
Президент России Владимир Путин говорил, что экономика демонстрирует рост, но позитивная динамика не повод расслабляться, поскольку антироссийские санкции могут негативно сказаться в среднесрочной перспективе.
В марте глава ЦБ Эльвира Набиуллина заявила, что «острая фаза кризиса миновала». По ее словам, санкции против российских банков и финансовой системы больше не воспринимаются как шок. В апреле министр финансов Антон Силуанов также утверждал, что западные страны, в частности Евросоюз, исчерпали свои возможности санкций, которые могли бы причинить России боль.
"Кризис длиной в полвека подходит к концу": Почему Россия схлестнулась с Западом и чем все кончится
В начале нового года сайт KP.RU попробовал с помощью известного политолога, ведущего научного сотрудника Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Дмитрия Тренина заглянуть за политический горизонт.
«Главное для русских — равенство в отношениях с сильнейшими»
— В недавней статье «СВО на Украине как переломная точка внешней политики современной России» вы говорите, что случился именно перелом, подчеркиваете бесповоротность произошедшего. Почему у нас не получилось встроиться в глобальный американоцентричный порядок? Кто виноват: мы не смогли или они не хотели? В книге «Новый баланс сил», вышедшей до всех нынешних событий, вы пишите: «Главное для русских было не господство над возможно большей частью мира, а равенство в отношениях с сильнейшими, чтобы никто не мог диктовать России свою волю». В этом причина?
— В начале 90-х российская элита и общество были готовы к вступлению, как тогда говорилось, в «цивилизованный мир». И если бы Запад перед собой такую цель поставил – интеграция России, как это произошло с Западной Германией и Японией после Второй мировой войны, то реальная интеграция могла бы, по крайней мере, начаться. Конечно, на других условиях, Россия все-таки была не поверженной в войне страной. Но Запад в тот момент считал, что Россия – это вчерашний снег, что она становилась третьестепенной державой, и не проявил к ней надлежащего интереса, чтобы решить русский вопрос на путях интеграции.
В свою очередь Россия (это была политика Примакова, и Ельцин ее поддерживал) не стремилась к конфронтации с Западом, пыталась выстроить какой-то порядок, в котором она на тех или иных условиях, но как суверенная страна, вошла бы в западное сообщество.
Это продолжалось до начала 2000-х. Президент Путин серьезно предлагал тогдашнему генсеку НАТО лорду Робертсону вступление России в НАТО. Тот, кстати, эту идею поддерживал, но от нее, в конце концов, отказались США.
Долгое время я считал, что Запад проглядел серьезную возможность соединения Западной Европы, Северной Америки с Россией. После иракской войны я пришел к другому выводу: если бы Запад пошел на включение России в НАТО, то тем самым гегемония Соединенных Штатов внутри блока, внутри трансатлантического сообщества была бы поставлена под вопрос. Россия, которая сближалась в то время довольно активно с Германией и Францией, могла бы составить некий противовес США внутри западного сообщества. Поэтому сегодня я вижу отказ Запада принять Россию в свое лоно как стремление американцев поставить свою гегемонию выше интересов, условно говоря, большой Европы, коллективного евроатлантического сообщества.
— То есть причина нынешнего разлома в том, что Запад нас как равных заведомо не воспринимал?
— Это глубинная причина сегодняшнего разлома. Россия со времен Ельцина в принципе была готова, по крайней мере, рассмотреть идею интеграции, но только на условиях равенства, соправительства, если угодно, в рамках этой расширившейся западной системы. Но очевидно, что для США такая особая позиция России внутри НАТО была заведомо неприемлема, поскольку открывала возможность для различных коалиций между Россией и другими странами континентальной Европы. И это реально могло бы бросить вызов американской гегемонии. Поэтому ради ее сохранения Соединенные Штаты и подконтрольная им система отвергли Россию. Для американцев вообще понятие равного партнера не существует, как и равного союзника.
Хроника пикирующего союза с Западом
— Когда стало ясно, что интеграция невозможна, встал другой вопрос: а что, собственно, возможно? — продолжает Дмитрий Тренин. — Россия предлагала схему, при которой она не не становится членом НАТО или ЕС, но поддерживает с ними тесные партнерские отношения дружественного типа. Но это для Запада, США прежде всего, оказалось тоже неприемлемым, потому что било по центральной идее тогдашней американской и в значительной части европейской внешней политики — распространение демократии. Демократия, говорили они, является универсальной формой политического режима, и все страны должны к ней прийти. И Россию нужно вести, толкать, как угодно, по этому пути, даже если она не будет принята в атлантические и европейские структуры.
Где-то в первой половине 2000-х годов для Запада стало очевидно, что Россия уходит в своем направлении, становится неподконтрольной ему. То есть Запад отказался от интеграции с Россией, но при этом стремился сохранить достаточно большую степень контроля над тем, что происходит внутри нее.
На политическом поле это у Запада не получилось, в экономической области, особенно в энергетике, тоже. И с этого момента ситуация в наших отношениях начала ухудшаться. Сначала не столь стремительно, но чем дальше, тем больше становилось противоречий. В 2004-м году Путин очень жестко в своей «бесланской речи» сказал о Западе, не называя его по имени. Смысл был такой: террористы – это первый ряд противников России, за ними находятся те силы, которым она поперек горла как ядерная держава, обладающая огромными ресурсами и возможностями. Ясно, что он говорил не про террористов.
2005 год — широко растиражированная фраза Путина, что он считает распад Советского Союза крупнейшей геополитической катастрофой. 2006-й – дело Литвиненко, убийство Политковской. И тут на Путина всех собак напускают. Дальше 2007-й – путинская речь в Мюнхене. 2008-й – Грузия, а до этого решение НАТО о том, что Украина и Грузия будут в составе альянса, хотя и непонятно, когда. Потом был маленький период оттепели в отношениях, 2009-2010 годы, «перезагрузка», стратегическое партнерство с НАТО. Ну, а когда в конце 2011 года стало ясно, что Путин вновь идет в Кремль, это стало отправной точкой будущего конфликта. Но конфронтация как открытое противостояние с различными санкциями началась в 2014 году — Крым, Донбасс. И вот 2022 год – переход противостояния в противоборство. Мы уже не стоим друг против друга, а активно друг с другом боремся, в том числе на поле боя, в том числе с жертвами.
Антироссийский альянс — способ защиты гегемонии США
— Вы считаете, что сегодня «сформировалась никогда не бывалая ранее консолидированная группа на антироссийской основе из западных стран». 50 государств плюс Ватикан. Если раньше кто-то из них занимал нейтральную позицию, кто-то был для нас возможным партнером по диалогу, доводил нашу точку зрения до остальных, то сейчас они буквально окуклились в антироссийском раже. В чем, на ваш взгляд, причина?
— Их, по-моему, две. Главная – отсутствие субъектности у всех стран Запада, кроме США. Все-таки относительно недавно Франция и Германия играли определенную автономную роль в развитии своих отношений с Советским Союзом. Де Голль ездил в Москву, и не как посланец Вашингтона. В Западной Германии правительство Вилли Брандта в 1970 году подписало договор с СССР, фактически закрыв в значительной степени германский вопрос, признав политические реальности в Восточной Европе, включая границы.
Я уж не говорю про экономические отношения, когда западные страны вплоть до последних лет существования СССР поддерживали с ним отношения, в частности, в энергетической области, вопреки увещеваниям и угрозам Вашингтона. Еще при Рейгане такое было возможно. Сейчас нет. Внешнеполитической независимости у ведущих стран Западной Европы не было после окончания Второй мировой войны и формирования НАТО, но была некая автономия. Еще были воспоминания о том, что Франция – великая держава, Великобритания пыталась играть роль посредника между Москвой и Вашингтоном. Сейчас от этого и воспоминаний не осталось.
Вторая причина – США в отличие от ситуации после Второй мировой войны чувствуют себя не восходящей державой, а державой, которой брошен серьезный вызов, которая вынуждена сейчас защищаться. То есть она от наступательной политики перешла к оборонительной. И здесь ей уже не до потакания относительной автономии союзников. Раньше они могли допустить некоторую вольность со стороны того же Брандта. Киссинджер говорил году в 70-м, что нужно остановить этого сумасшедшего Брандта, который так льнет к Москве. Были увещевания, но жесткого запрета, хотя ФРГ находилась всегда под серьезным американским контролем, не было, Брандту давали все-же кое-какие вещи делать, хотя и со скрипом. Сейчас американцам не до этого, им нужно сплотить все свои ресурсы, все силы, и они идут на любые шаги, чтобы объединить весь Запад вокруг себя, не столько против России, сколько против Китая.
Россия или ЕС не улетят на Луну. Но их орбиты разойдутся
— Крах энергетических связей с Европой, на которые полвека делала ставку Москва, уже необратим? И если говорить о переломе, то он не только в политике, но и в экономике ведет к полному разрыву России с Западом?
— Речь идет о том, что те важнейшие столпы, на которых держались наши отношения, прежде всего в энергетической сфере, нарушены принципиально. Какой-то газ, конечно, будет идти и в Европу, какая-то нефть будет покупаться европейцами, но эти отношения уже перестанут быть несущей экономической конструкцией отношений ЕС и России. Со стороны Европы не будет и инвестиций в прошлом масштабе, и передачи технологий. Какие-то отношения будут, мы не улетим друг от друга на Луну, останемся соседями, но при этом отношения перерастут к другое качество. К сожалению, Европа перестает быть нашим крупнейшим экономическим партнером, эта роль будет распределена между другими, неевропейскими странами. Так что в экономической области, геоэкономике, если хотите, тоже произошел перелом — сейчас мы находимся в процессе ломки старых отношений.
Что такое «мировое большинство» и как при нем будут жить?
— Обоснованно ли возлагать на «мировое большинство», о котором сейчас заговорили, надежды как на возможный центр нового миропорядка? Вы считаете, что пока главные страны этого «большинства» настроены больше на коррекцию существующих отношений, чем на их слом. Если кардинальный слом старого миропорядка все-же произойдет, что придет вместо него?
— Под «мировым большинством» подразумеваются страны, которые не присоединились к санкционному режиму. Хотя многие из них голосовали в ООН против России. Но голосование на Генассамблее – вещь довольно условная. Вы можете проголосовать, к вам нет претензий со стороны США, но при этом вы не присоединяетесь к санкциям против России, продолжаете торговать с ней, поддерживать контакты, встречаться с российскими официальными лицами. В другом смысле «мировое большинство» это совокупность стран, не являющихся частью западного политического сообщества, в которое входят Европа, Северная Америка, Австралия, Новая Зеландия, ну и Япония с Южной Кореей, то есть союзники США, ориентирующиеся на Вашингтон. Правда, среди них есть и Турция, которая, будучи членом НАТО, одновременно может и должна быть включена в «мировое большинство», потому что довольно активно поддерживает экономические, политические и прочие связи с Россией.
«Мирового большинства» в том смысле, в каком существует, например, западный мир, нет. Не надо рассматривать эти страны как единое целое. Для нас важнейший фактор – то, что они не присоединились к санкциям, мы можем с ними налаживать партнерские отношения на разных условиях, в разной степени дружественности, близости.
Ни в каком другом отношении этого «большинства» нет, оно слишком неоднородно. Это даже не аналог «третьего мира» или движения неприсоединения во времена холодной войны. Тут очень разные страны с очень разным уровнем развития, цивилизационными основами, но они не являются членами американской системы союзов.
Конечно, эти страны не могут стать центром нового миропорядка, но движение от американской гегемонии к какой-то будущей структуре мира не означает движения к гегемонии какой-то одной новой страны, Китая, скажем, или группы стран. От гегемонии одной державы мы, очевидно, идем к гораздо более сложной структуре будущего мира, где будет несколько, скажем так, групп ведущих государств. Какие-то государства будут присутствовать во всех группах — те же самые США и, наверное, Китай. Некоторые государства будут в одной, двух, трех группах.
Какие это группы? Группа стран с выдающимся политическим влиянием, другая — с выдающимися военными возможностями, потенциалом. Группа технологических лидеров. Есть страны, возглавляющие или лидирующие в тех или иных регионах или цивилизационных ареалах. В структуре будущего мира, по-моему, будет много лидеров разного калибра и в разных категориях. Очень грубо и ненаучно это можно сравнить с Олимпийскими играми: есть страны, которые входят в пятерку медалистов в общем зачете, а есть те, которые лидируют, например, в зимних видах спорта, как та же Норвегия.
Вместо элиты стяжательства нужна элита служения стране
— Какое место будет занимать в этом мире Россия?
— Пока сказать трудно. Потому что конфликт на Украине, на мой взгляд, начинает цикл очень глубокой трансформации России, кардинального пересмотра того, что мы настроили в течение последних трех десятилетий. Практически во всех областях жизни перед нами очень серьезные вызовы, и мы можем либо подняться на гораздо более высокий уровень, если мы сможем в достаточной степени себя перестроить (хотя слово неудачное), или нам грозит скатывание куда-то довольно глубоко вниз. Конечно, у нас остаются ресурсы, географическое положение, многие факторы нам благоприятствуют. Но без наших собственных усилий как нации, без системы лидерства во главе с принципиально другой элитой, чем та, которая возникла на обломках Советского Союза, без элиты служения стране вместо элиты стяжательства, если угодно, у нас не будет лидерства внутри страны. И это может привести к застою, загниванию. Надеюсь, этого не случится, но такую угрозу мы не можем игнорировать.
«Сосредоточенность только на материальном не в глубинных традициях нашего народа»
— Вы считаете, что стратегический успех России реален. Помимо нового качества элит, помимо прорыва в технологиях что нам для этого еще надо?
— Мой оптимизм основан не только на том, что, если не верить в перспективу, нужно закрывать лавочку. Это оптимизм питается хотя бы тем, как значительная часть общества отреагировала на спецоперацию на Украине. Я имею в виду добровольческое движение, простых людей, которых много, и которые по русскому обычаю или в соответствии с русской этикой не афишируют свои добрые дела. Есть движение в культурном сообществе, первые шаги ухода от культуры развлечения, культуры потребления к культуре служения и осмысления жизни, предназначения человека. То есть мы возвращаемся к нашей отечественной традиции, которая в гораздо большей степени обращала внимание на нематериальные вещи. Не потому, что аскеза – это замечательно, особенно вынужденная аскеза. Безусловно, повышение уровня жизни — одна из главных задач государства. Но при этом все-таки в нашем общества в последнее время наблюдалась сосредоточенность исключительно на материальном: там хорошо, где мы можем больше наслаждаться, больше получать… Это не очень согласуется с глубинной традицией нашего народа.
Здесь тоже что-то проявляется, какие-то очень важные ростки пошли. Надеюсь, они станут основой нашего будущего морального состояния и мировоззрения. Это совсем не хвалебная песнь своей стране, но мы часто движемся в нашей истории от одного кризиса к другому. Кризис нас очень сильно поднимает над самими собой, но, конечно, колоссальной ценой. Если смотреть на нашу историю с какой-то очень длинной дистанции, взять начало 80-х прошлого века и до 20-х-30-х годов нынешнего – это, возможно, период длинного кризиса нашего общества. И мы сейчас, возможно, начинаем из него выходить.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ:
Читайте также
Возрастная категория сайта 18 +
Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г.
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР — НОСОВА ОЛЕСЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА.
ШЕФ-РЕДАКТОР САЙТА — КАНСКИЙ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ.
АВТОР СОВРЕМЕННОЙ ВЕРСИИ ИЗДАНИЯ — СУНГОРКИН ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ.
Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.
АО "ИД "Комсомольская правда". ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.
Что будет с экономикой России в 2024 году — моё мнение, рассказываю простыми словами
С февраля 2022 года из России ушло множество компаний и были введены разнообразные санкции. Запад попробовал поставить страну на колени и принудить к переговорам на своих условиях. Постараюсь не окунаться в пропаганду и штампы, мол все будет хорошо. Хорошо уже никогда не будет. Но вот на вполне жизнеспособно рассчитывать можно.
Предисловие
реклама
На YouTube крайне мало объективной информации. Недавние эксперты и лидеры мнений заняли одну из сторон и начинают манипулировать данными на свой вкус и цвет. Вот вам экономическая задачка:
Семья из 5 человек зарабатывает 100 рублей в месяц. Старшая дочка вышла замуж и уехала в новый дом. Теперь семья зарабатывает 85 рублей. Как экономист, с графиками и цифрами расскажите об экономической ситуации в семье. Одни скажут, что бюджет уменьшился и семья будет жить хуже. Приведут десяток интерпретаций. Другие скажут, что все отлично, ведь на каждого человека теперь приходится больше денег. А третьи. но их никто не услышит.
Весна 2022 года
реклама
Паника. Именно так можно охарактеризовать все, что происходило в тот период. Банк России вводит ограничение на передвижение капитала и замедляет паникеров и их необдуманные действия. Глобально — инвесторы выводят свои средства из страны. Так как внутри у всех на руках рубли, то для вывода средств нужна конвертация в валюту. Спрос значительно превышает предложение и курс летит в космос.
Лето 2022 года
Введены ограничение на перемещение капитала. Главный банк страны вводит жесточайшие ограничения и полный контроль за финансовым сектором. Любое движение финансового капитала ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО с разрешения и санкции банка. Монетарная политика идет в ручном режиме. Многие не понимают, что это такое. Простыми словами — что, где и сколько покупать — решает банк, а не предприниматель. Есть четкий план и его рамки.
Осень 2022 года
Безработица и миграция за границу. Закрытые предприятия и отсутствие спроса на экспортно ориентированные товары. Нехватка компонентов для полного цикла производства. Некоторые отрасли уходят в небытие. Одновременно с этим включается параллельный и серый импорт. Не решаются все вопросы, но сглаживает острые углы. Нефтянка и газовые сектора встают колом. Автопром, авиация, металлургия, медицина в предынфарктном состоянии. А в это время огромный рост пошива спецодежды, легкая промышленность получает государственные заказы, строительство на линии соприкосновения получает многомиллиардные вливания. В одном месте убыло, в другом месте прибыло.
Зима 2023 года
Поговаривают, что цыплят по осени считают, но в данном случае это зимний период. Экономика медленно и со скрипом начинает перестраиваться. Гражданское производство переходит в производство военного времени. Один танк Т-90АМ/Т-90М стоит как 600 автомобилей Лада Гранта. С одной стороны, можно подумать, что легковые автомобили будут лучшим вариантом, но с экономической точки зрения — это одно и то же. Ни тот ни другой продукт не принимает прямого участия в экономике. Замена одного на другое для экономики не несет ни какого ущерба. Аналогично будет и со снарядами для РСЗО УРАГАН и трубопроката для нефтянки. Рабочих мест и рабочей силы нужно плюс-минус одинаково. Вливания и отдача будет соизмеримой. И так по сотням позиций. Мы живем в век, когда основной оборот в экономике создают услуги. А для этих отраслей не имеет значение, откуда у рабочего деньги.
Весна 2023 года
реклама
Самый главный маркер экономики — это проведение посевной. Большинство читателей блога — люди городские и далеки от сельского хозяйства. Они не задумываются, откуда берутся продукты в их холодильнике. Сходил в магазин и купил. Но сельское хозяйство — это базис и основа. IT-специалисты могут уехать к теплому морю. Инженеры могут устроиться в зарубежную компанию, но вот посевную провести, хлеб собрать, переработать, встроиться в цепочки поставок — огромный, хорошо отработанный механизм не терпящий вмешательства извне. Как пример — около 80% посевного материала в России иностранного производства. Многие думают, что посеять пшеницу или кукурузу — любой сможет. Только в современных посевных материалах технологий больше, чем в процессорах и видеокартах. Еще добавьте обрабатывающие составы для борьбы с вредителями. В России производится малая часть. Техника для посева и уборки. Да, тут зависимость меньше, но так же колоссальная. Любой из поставщиков может заблокировать поставки и не выйдет трактор или комбайн в поле. Перерабатывающая промышленность. Хранение. В глобализованном мире зависимости и связи огромны. Все регулярно слышат про «Зерновую сделку». Единственный компромисс. И на это есть веские причины.
Так вот — посевная 2023 года проведена на 100% и ничем не отличается от посевных за последние 10 лет. Глобальный кризис в обозримом будущем нам не грозит.
Великая депрессия 1929 года в США
Все слышали о данном событии. Только мало кто знает, что она означала. По-простому — это кризис в экономике. Были нарушены все торговые и производственные цепочки. Кризис неплатежей подобен современным санкциям. Ты не можешь купить то, что тебе необходимо. И было найдено простое и элегантное решение. Вообще — это был комплекс мер, но суть одна. Государство печатало деньги и раздавало народу. Нет, никто не стоял на улице. Государственная программа предусматривала строительство и ремонт муниципальной собственности. Люди получали работу. За работу получали деньги. Тратили деньги на покупку товаров. Оживала торговля. За торговлей оживали остальные отрасли. Работы экономиста Джона Кейнса и практические действия Рузвельта всем известны и досконально изучены.
Уход инвесторов
реклама
Это плохо. Это ОЧЕНЬ плохо. Но тут есть некоторые моменты, о которых забывают упомянуть. Зарубежный капитал ушел домой, при этом отечественный капитал также попросили изменить свое проживание. Зарубежные банки поставили жесткие ограничения на выход российских инвесторов из России. И бизнесмены вынуждены инвестировать у себя на родине. Они выкупают производственные линии ушедших компаний за бесценок. Не все из них смогут заработать в полной мере.
Основным инвестором в будущем станет государство. Имея четкий план в монетарной политике (мы знаем, что Эльвира Набиуллина — один из немногих специалистов, способных выполнить большинство поставленных целей), достаточно просто выполнять предписания. В отличие от политической игры, где сотни голов перетягивают одеяло на себя, в банковской сфере все еще работают специалисты высшей категории.
Перспективы 2024 года
Ваш пакет с санкциями мы положим в другой пакет для пакетов. Нет. Такого не будет. Сейчас экономика работает по принципу «Минимальной достаточности». Непонятный период и ожидание неопределенности закончились. Экономика медленно и верно начала перестраиваться. Одни отрасли экономики закрываются, но государство создает другие. Многим может не понравится потерять работу или доходы, но правда жизни такова, что есть люди, у которых зарплата выросла. Вы помните начало Covid 19? Как производители медицинских масок и дезинфицирующих жидкостей озолотились? Сейчас происходит то же самое. Строители со всей России, дорожная техника, инженеры были направлены на строительство фортификаций по линии соприкосновения. Были выделены фантастические средства. Некоторые могут сказать, что закопанные деньги. Но суть состоит в том, что это был гос заказ и сотни тысяч человек получили зарплату, которую потратят в магазинах на товары местного производства. Потратили деньги на сферу услуг. Запустили один из витков экономики. Для государства не имеет значения: потратить деньги на строительство больниц или на строительство блиндажей. Звучит кощунственно, но в данном случае стоит вопрос выживания. С экономической точки зрения, Россия может регулярно делать огромные государственные заказы, связанные с обороноспособностью страны и поддерживать экономику. Работающая экономика гарантирует поступления налогов в бюджет. Поступления от налогов пускаются на новую государственную программу. Если образуется дыра в бюджете, всегда есть печатный станок. Пока на земле украинской более или менее предсказуемая обстановка, никаких потрясений не предвидится.
Контрнаступление Украины
До подписания мирного соглашения и начала выплат репараций никаких резких изменений не предвидится. И самое очаровательное во всем этом — золотовалютные резервы и нефтегазовые поступления на это никак не влияют. Выручка и пополнение бюджета из-за границы сократились заметно, но данный момент компенсирован новыми отраслями и государственными заказами внутри страны. Скажу больше — подавляющее число обывателей никогда не видело денег от продажи углеводородов. Все поступления делились задолго до поступления в бюджет между правильными компаниями. Санкции и ограничения сильнее всего ударили по коррупционным схемам с выводом денег в сопредельные страны. Для экономики от данного обстоятельства ни горячо ни холодно.
Послесловие
Если кратко говорить о будущем — средняя зарплата россиянина в годовом выражении уменьшится примерно на 100$. Сможете ли вы при таком уменьшении домашнего бюджета жить дальше или нет — мне неизвестно.
От трех месяцев до трех лет: сколько будем выходить из кризиса
Жесточайшие западные санкции могут подтолкнуть экономику к реальному импортозамещению
Зампредседателя правительства РФ по вопросам оборонно-промышленного комплекса Юрий Борисов не исключил, что кризисный период в стране будет продолжаться три-пять месяцев. В интервью «Известиям» он признал, что из-за западных санкций российская экономика, в особенности промышленность, столкнулись с серьезными вызовами, которые не нужно преуменьшать, но добавил, что власти сейчас анализируют последствия санкций и вырабатывают меры, которые будут хеджировать риски.
Борисов считает, что такая мера, как повышение ключевой ставки до 20%, будет носить временный характер, хотя все равно повлияет на деятельность промышленности, поскольку для пополнения оборотных средств и долгосрочных обязательств используется кредитование.
«Мы предпринимаем более эффективные меры использования бюджетных средств. Это увеличение авансирования, чтобы не было причин обращаться за кредитами, где есть такая возможность. Мы увеличиваем долю авансирования по бюджетным обязательствам — это выход из положения. Также для ряда системообразующих предприятий разработаны меры пониженной ставки. Думаю, комплекс мер поможет безболезненно пройти этот период. Я надеюсь, он будет длиться не очень долго: может быть, квартал, может, четыре-пять месяцев», — рассказал Борисов.
Оценка вице-премьера в сложившихся обстоятельствах довольна оптимистична. К примеру, российский миллиардер Олег Дерипаска предрек стране «жесточайший кризис» минимум на три года. По его словам, нужно кризис 1998 года умножить на три, чтобы получить реальный масштаб потерь.
С другой стороны, правительство уже начало принимать комплекс поддержки мер российской экономики. Кабмин объявил мораторий на проверки индивидуальных предпринимателей (ИП) и малого бизнеса до конца текущего года. МСП также продлят систему компенсации расходов по использованию российской системы быстрых платежей, на «зарплатную» программу поддержки «ФОТ 3.0» дополнительно выделят 6,2 миллиарда рублей. Среди мер поддержки также запуск нового этапа амнистии капитала, выделение 5 миллиардов рублей на субсидирование ранее выданных кредитов аграриям и продление сроков уплаты налогов на федеральном и региональном уровнях.
Отдельным блоком было объявлено о мерах поддержки для IT-отрасли, которая была на три года освобождена от налога на прибыль. Сотрудники IT-компаний смогут оформить льготную ипотеку и получить отсрочку от призыва на военную службу на время их работы в российских компаниях.
Рассматриваются и не совсем конвенционные меры противодействия санкциям. Например, «Коммерсант» написал о том, что власти рассматривают возможность отмены уголовной и административной ответственности за использование нелицензированного программного обеспечения. Предложение содержится в Плане первоочередных действий по обеспечению развития российской экономики в условиях внешнего санкционного давления. Источник «Ъ» сообщил, что в разработке участвовали многие ведомства, реализация некоторых мер уже начата. Разрешение на использование пиратских программ может временно смягчить уход из России Microsoft, IBM, Oracle и других игроков.
Профессор кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г.В. Плеханова, д.э.н. Константин Ордов считает, что пока рано говорить, хватит ли этих мер для того, чтобы вывести экономику из кризиса за пять месяцев, так как мы находимся в ситуации крайней неопределенности. Эксперт считает, что основные усилия по поддержке экономики сейчас должны быть направлены на сельское хозяйство и пищевую промышленность, от которых зависит продовольственная безопасность страны.
— Такие вопросы желательно обсуждать с цифрами, чтобы понимать, что такое острая фаза кризиса, при каких экономических показателях мы будем считать, что вышли из этого кризиса и так далее. Пока у нас царит полнейшая неопределенность. 3−5 месяцев — это, наверное, минимальный период кризиса. С другой стороны, мы видим, что российская экономика имеет свойство восстанавливаться достаточно быстро, и 2021 год был тому доказательством.
Сейчас правительством предпринимаются меры поддержки и на рынке труда, и прямой финансовой поддержки, принимается законодательство по мораторию на выплату кредитов в случае резкого падения доходов. Это упреждающие антикризисные меры, но пока делать выводы о том, хватит ли их для того, чтобы выйти из острой фазы через 3−5 месяцев, невозможно.
Дело в том, что мы обсуждаем санкционные меры, которые могут быть введены еще не в полном объеме. Мы не знаем, будут ли они ужесточены и усилены новыми ограничениями, также мы еще не знаем, какими контрсанкциями будем отвечать мы. Пока что мы слышали только общие слова, поэтому перевести на экономический и финансовый язык происходящее не представляется возможным. Остается использовать только общие слова и приблизительные оценки.
«СП»: — Но выйти из кризиса за такой срок реально?
— Тут мы должны учитывать разные факторы. Например, мы можем столкнуться с тем, что через 3−5 месяцев начнется острая фаза кризиса уже на мировом финансовом рынке и острейшая проблема у всего мира с ростом инфляции. И тогда мы как часть мировой экономики все равно будем испытывать эти общемировые тренды, помимо локальных, связанных с введенными ограничениями.
Сейчас мы как-то забыли о возможности мирового экономического кризиса, о котором говорили еще недавно. Но необходимо учитывать не только то, что происходит с нами здесь и сейчас, но и то, что возможно в перспективе полугода произойдет в мировой экономике. Конечно, действия, направленные на ослабление влияния санкций необходимы. Но нужно готовиться и к тому, что нам, возможно, придется преодолевать и мировой кризис.
«СП»: — Что должно стать драйвером восстановления сейчас? Цифровая экономика, промышленность?
— Опора на IT — это не бесспорные приоритеты. Цифровые компании никогда не бедствовали, средняя зарплата там была намного выше, чем в большинстве других сфер, поэтому еще вопрос, насколько они нуждаются в мерах поддержках. Безусловно, IT-сфера сегодня одна из самых перспективных, но и одна их наименее страдающих от экономических пертурбаций.
Зато мы точно видим, кто нуждается в поддержке именно сейчас — это сельское хозяйство, это переработчики, то есть те, от кого будут зависеть цены, начиная с лета, и объем нашего внутреннего сельхозпродукта. Сегодня мы должны уделить особенное внимание и выделить им все возможные меры поддержки. ЦБ поднял ключевую ставку, и стоимость кредитов резко выросла. Поэтому если субсидии останутся на прежнем уровне, этого будет недостаточно для того, чтобы рассчитывать на рост. А нам сейчас как никогда необходимо максимально обеспечить себя продовольствием.
На самом деле, это именно то, что раньше описывалось, как импортозамещение. Все те светлые и хорошие идеи, которые выдвигались раньше, должны быть реализованы. Но раньше я не слышал, что мы собираемся сделать конкурента Microsoft, таких планов не было. А вот обеспечение собственной продовольственной безопасности жизненно важно. Исходя из этих приоритетов и стоит рассматривать отрасли, которые особенно остро нуждаются в нашей помощи, и те отрасли, которые и так не бедствовали. Естественно, их тоже важно сохранить и развивать, но вряд ли это первостепенная задача в данный момент.
Посевная уже на носу. Если все забудут на эти 3−5 месяца про сельское хозяйство, мы уже летом столкнемся с огромными проблемами, если не сможем обеспечить рост внутреннего урожая. Если мы сможем решить эти вопросы, они могли бы послужить нам дополнительным якорем и драйвером восстановления экономики. Как обычно, нет худа без добра, мы можем перейти к реальному импортозамещению более ускоренными темпами, чем это происходило ранее.