Пушкин в дороге
Дороги, пересекающие Россию, хорошо были знакомы А. С. Пушкину, много раз проезжавшему по ним в разных направлениях. Ленинградское шоссе, бывший Петербургский тракт, по которому Пушкин не раз ездил в столицу и обратно, Калужская дорога, по которой поэт проезжал на Полотняный завод, Нижегородская дорога — путь в Болдино и другие.
В начале XIX века тракты имели огромное значение, так как были единственным путем сообщения. Но, несмотря на это, все они были донельзя плохими, а путешествия по ним долгими и трудными.
Ездили либо на почтовых лошадях, меняя их на «подставах», либо на своих, но в этих случаях подолгу отдыхая на станциях. По рытвинам, выбоинам и ухабам скверных дорог, часто в сопровождении нагруженного вещами и провизией обоза, тащились дорожные кибитки, кареты, теплые возки. «Мы путешествовали на своих лошадях, — сообщает современница Пушкина,— в очень спокойном дормезе. За нами тянулось несколько экипажей разного рода и вида». Ожидать свободных лошадей приходилось подолгу, а иногда и ночевать на почтовых станциях.
Езда на почтовых лошадях доставляла седоку много хлопот. За лошадьми плохо следили, плохо кормили, поэтому не раз приходилось застревать у кузниц. Иной раз лошади были настолько утомлены, что еле тащили экипаж, и седок опасался, что не доедет до следующей станции.
За свою короткую жизнь Пушкин проехал немало дорог. В повести «Станционный смотритель» он говорит словами своего героя: «В течение двадцати лет сряду изъездил я Россию по всем направлениям; почти все почтовые тракты мне известны; несколько поколений ямщиков мне знакомы; редкого смотрителя не знаю я в лицо, с редким не имел я дела.. » Ссылка на юг, в Кишинев и Одессу, а позднее в Михайловское, поездки в Болдино и Малинники, путешествия на Урал и в Арзрум, постоянные переезды из Москвы в Петербург и обратно выработали в характере поэта ту «охоту к перемене мест», о которой с грустиой иронией замечает он в романе «Евгений Онегин».
Эти вынужденные передвижения настолько измучили Пушкина, что его настроение даже отразились в стихах «Дорожные жалобы»:
Долго ль мне гулять иа свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?
Мелькали полосатые версты, перед глазами путешественника расстилались широкие русские просторы, леса и перелески, холмы и овраги чередовались с жалкими лачугами придорожных деревень, а во время более или менее длительных остановок — на станциях можно было близко увидеть жизнь крепостного крестьянина. «Ничто так не похоже на русскую деревню в 1662 году, как русская деревня в 1833 году. Изба, мельница, забор — даже эта елка, это печальное тавро северной природы, — ничто, кажется, не изменилось», — пишет Пушкин в статье «Путешествие из Москвы в Петербург».
В тоскливом одиночестве дорожной скуки большую радость доставляли Пушкину ямщики. Это «сословие» привлекало к себе своими рассказами о народной жизни и старине, а главное — своими замечательными песнями, в которых слышалось «то раздолье удалое, то сердечная тоска». Эти песни выражали печаль и горе русской крестьянской жизни.
Близки и понятны поэту были и станционные смотрители, которых тоже немало повидал он на своем веку. «Кто ис проклинал станционных смотрителей, кто с ними не бранивался?» — спрашивает Пушкин в повести «Станционный смотритель». И тут же выступает в их защиту, требует уважать их человеческое достоинство: «Что такое станционный смотритель? Сущий мученик четырнадцатого класса, огражденный своим чином токмо от побоев, и то не всегда. Покоя ни днем, ни ночью. Всю досаду, накопленную во время скучной езды, путешественник вымещает на смотрителе. Погода несносная, дорога скверная, ямщик упрямый, лошади не везут — а виноват смотритель».
Пушкин показал, какие душевно богатые люди скрываются подчас за невзрачной внешностью и низким общественным положением. Путешествия Пушкина давали поэту большие возможности для наблюдения жизни «маленьких людей», и он всегда старался использовать эти возможности. По воспоминаниям одного из современников, «Пушкин. никогда не дожидался на станциях, пока заложат ему лошадей, а шел по дороге вперед и не пропускал ни одного встречного мужика или бабы, чтобы не потолковать с ними о хозяйстве, о семье, о нуждах, особенно же любил вмешиваться в разговоры рабочих артелей. Народный язык он знал в совершенстве и чрезвычайно скоро умел располагать к себе крестьянскую серую толпу настолько, что мужики совершенно свободно говорили с ним обо всем».
Материал подготовлен в сотрудничестве с порталом «Семь заветных слов». Читайте также: Детские годы Пушкина в Захарове
Пути-дороги Александра Сергеевича Пушкина
Александр Сергеевич Пушкин много ездил по России, исколесив более 35 тысяч километров отечественных дорог. Это сопоставимо с кругосветным путешествием: Названы тверские адреса поэта.
Александр Сергеевич Пушкин много ездил по России, исколесив более 35 тысяч километров отечественных дорог. Это сопоставимо с кругосветным путешествием.
Были места любимые, посещавшиеся и описанные Пушкиным не раз. Были и такие, в которых он побывал только проездом и которые упоминает лишь вскользь. Может быть, последние не оставили значительного следа в сердце поэта, но по ним можно во всех подробностях проследить, а кое-где и восстановить маршруты пушкинских странствий. Одно из них — Погорелое Городище Зубцовского района Тверской области. Поселок расположен далеко от так называемого Пушкинского кольца Верхневолжья — «пушкинских мест» Тверской земли, и потому возникает сомнение: мог ли Пушкин заехать в такую глубинку?
Тем не менее, заезжал. Свидетельство тому — его письмо к Н.Н.Раевскому-младшему от 30 января 1829 года. Поэт рассказывает приятелю о воеводе Гавриле Григорьевиче Пушкине. В трагедии «Борис Годунов» это одно из главных действующих лиц. «Он был всем, чем угодно, даже поджигателем, как это доказывается грамотою, которую я нашел в Погорелом Городище — городе, который он сжег. » — пишет Пушкин о своем предке.
Однако пушкинисты и краеведы не раз пытались поставить под сомнение факт пребывания поэта в Погорелом Городище. Последняя попытка была предпринята в год 200-летия со дня рождения Александра Сергеевича М.Строгановым. В книге «Две старицких осени Пушкина» он стремится доказать: упоминание грамоты, найденной в Погорелом Городище, вовсе не означает, что поэт действительно там — в Погорелом Городище — был. По мысли Строганова, Пушкин пишет о грамоте исключительно с целью подтвердить значимость личности Гаврилы Пушкина в истории. Строганов ставит под сомнение не только факт пребывания Пушкина в Погорелом Городище, но даже и то, что тот вообще видел грамоту. По сути, Строганов уличает Пушкина в бахвальстве и лжи. При этом он опирается на авторитет первого переводчика пушкинского письма П.В.Анненкова, — а ведь этот перевод, более похожий на примерный пересказ, впоследствии был неоднократно уточняем.
Откликаясь на работу М.Строганова, филолог В.Кузнецов в статье «А был ли Пушкин?» на основе тщательного анализа текста письма сделал вывод: в словах «нашел в Погорелом Городище» нет какой-либо двусмысленности и их следует принимать буквально. Кроме этого прямого указания на пребывание Пушкина в Погорелом Городище, Кузнецов нашел еще и косвенное: Пушкин называет Погорелое Городище городом, хотя тогда данный населенный пункт имел ранг посада. Городом он был раньше, о чем Пушкину могли рассказать местные жители, присовокупив «легенду о городе Держеславле», зафиксировавшую всю древнюю Погорельскую историю.
Много усилий исследователи приложили, чтобы установить время посещения. Ориентируясь по датировке письма, известный пушкинист Л.Черейский в книге «Пушкин и Тверской край» предполагает, что поэт посетил Погорелое Городище в конце 1828 или в начале 1829 года. Однако есть и другие мнения. Краевед, доктор геолого-минералогических наук Г.Вдовыкин-Чуриков считает, что Пушкин был в Погорелом Городище «проездом 19 декабря 1826 года». К такому выводу Вдовыкин-Чуриков пришел после того, как «с точки зрения специалиста-маршрутчика» проанализировал хронологию поездки Пушкина из Михайловского в Москву в декабре 1826 года. Он заметил, что из Торжка до Москвы всего сутки пути по Петербургскому тракту, тогда как поэт потратил на дорогу трое суток. «Значит, Пушкин ехал другой дорогой», — решил Вдовыкин-Чуриков и рассмотрел следующий маршрут: Торжок — Прямухино — Рясна — Ржев — Зубцов — Погорелое Городище — Москва. Бесспорных подтверждений Вдовыкин-Чуриков не приводит, но так как нет и аргументов против, версия имеет право на существование. Главное же: Вдовыкин-Чуриков показал, что из Торжка в Москву, кроме Петербургского тракта, вели и другие дороги.
Версия о проезде Пушкина через Погорелое Городище в декабре 1826 года весьма заманчива. Тогда поэт работал над «Борисом Годуновым», а Погорелое Городище как раз связано с событиями Смутного времени, описанными в трагедии. Отчего бы не предположить, что Пушкин нашел необходимым осмотреть бывшую русско-литовскую границу, проходившую во времена Годунова вблизи Погорелого Городища? На подобное предположение наводит ряд мест в трагедии. Одна из сцен называется «Корчма на литовской границе». Возле Погорелого Городища на бывшем Зубцовском тракте находится деревня Корчмитово. Ее название буквально калькирует название сцены. Корчма — понятно. Мыт — таможенная пошлина, возможно, таможенный пост. Получается: Корчмитово — корчма возле таможенного поста. Хозяйка корчмы объясняет Григорию, как пройти в Литву: «Вот хоть отсюда свороти влево, да бором иди по тропинке до часовни, что на Чеканском ручью, а там прямо через болото на Хлопино, а оттуда на Захарьево, а тут уж всякий мальчишка доведет до Луевых гор. » И сейчас жители Корчмитова могут показать место в лесу, называемое Чеканкино. Это просто поляна, но старожилы говорят, что в Чеканкино было имение или хутор. На картах XIX — ХХ веков никаких поселений здесь не обозначено. Сведения, видимо, легендарные. Однако другие названия — Хлопино, Захарьево, Луевы горы — в окрестностях Корчмитова не встречаются. Так что к гипотезе Вдовыкина-Чурикова следует относиться с осторожностью. Она требует тщательного изучения и проверки.
Рассмотрим другие варианты.
Журналист А.Пьянов, автор книг «И берег, милый для меня» и «Мои осенние досуги», приложил немало усилий, чтобы установить факт посещения Пушкиным Погорелого Городища, но тоже не нашел каких-либо обоснований, кроме общеизвестного свидетельства поэта в письме Н.Н.Раевскому-младшему. Однако работы Пьянова представляют определенный интерес, позволяя проследить причины заблуждений многих исследователей, занимавшихся вопросом пребывания Пушкина в Погорелом Городище.
Пьянов исходит из следующих соображений: Пушкин заезжал в Старицкий уезд и выезжал из него по Петербургскому тракту, Погорелое Городище от этого тракта далеко — значит, должна быть веская причина для поездки в такую глушь. Пьянов начинает причину устанавливать. Он с порога отметает мотив поиска Пушкиным упомянутой царской грамоты и склоняется к тому, что поэт собирал здесь материалы об участнике восстания Пугачева купце Долгополове. Вопрос о времени посещения Пушкиным Погорелого Городища Пьянов решает в связи с его заездами в Старицкий уезд и указывает вполне определенную дату: январь 1829 года. Логика Пьянова такова: в конце 1828 года, в первое посещение Старицкого уезда, поэт много работает (до поездок ли ему в глушь?), а вот в январе 1829 года — пребывает в праздности, в волочении, в разъездах (было время дня на два «залететь» в посад). Пьянов и мысли не допускает, что Пушкин мог быть в Погорелом Городище просто проездом. А ведь именно так и случилось.
Процитируем искусствоведа Л.Керцелли (книга «Тверской край в рисунках Пушкина»). «В письме А.Н.Вульфу 16 октября 1829 года из Малинников поэт пишет: «Проезжая из Арзрума в Петербург, я своротил вправо и прибыл в Старицкий уезд для сбора некоторых недоимок». Чтобы с главного тракта Москва — Петербург попасть в Старицкий уезд, надо было свернуть не вправо, а влево. Пушкин не ошибся, написав «своротил вправо», в том случае, если от Москвы он поехал через Волоколамск до Зубцова и оттуда уже свернул вправо на Старицу. Существование этой дороги в первой половине XIX столетия зафиксировано в официальных документах Генерального штаба. Ездили по ней главным образом в зимнее время «для избежания дорогой цены за кормы по шоссе».
Действительно, из Москвы в Старицу удобнее всего было добираться Волоколамским трактом: он был менее загружен, то есть легче нанять лошадей и корм дешевле; да и дорога выходила ненамного длиннее.
Снова обратим внимание на дату пушкинского письма к Н.Н.Раевскому-младшему — 30 января 1829 года. Значит, Пушкин проезжал этим маршрутом и ранее октября 1829 года.
В октябре-декабре 1828 года Пушкин гостит в Малинниках, старицком имении своей приятельницы Прасковьи Александровны Осиповой-Вульф. Пушкинист С.Фесалоницкий пишет: «Ночью на двадцатое поэт отправляется в Малинники, куда и прибывает, по всей вероятности, 23 октября (дорога от Петербурга до Малинников занимала тогда в среднем 31/4 суток). Обстановка, в которой поэт находился в Малинниках, была благоприятной для работы. Это подтверждают его письма. Из других мест, которые, возможно, тогда же посещал поэт, следует назвать Берново и Курово-Покровское. Проведя в Малинниках почти полтора месяца, Пушкин четвертого или пятого декабря выехал в Москву». А Прасковья Александровна Осипова-Вульф (что следует из писем) собиралась пробыть в Старице зиму и действительно провела там большую ее часть — с декабря 1828 до января 1829 года.
Поездки Осиповой в Старицу и Пушкина в Москву наверняка, как водится, обсуждались загодя. Вероятно, старицкие дворяне и посоветовали поэту ехать в Москву той дорогой, которой пользовались сами, то есть Волоколамским трактом. Таким образом, можно предположить, что 4 или 5 декабря 1828 года Пушкин выехал в Старицу, затем посетил Погорелое Городище, познакомился с грамотой, после чего поспешил в Москву. То есть время посещения Погорелого Городища находится в интервале 4-7 декабря 1828 года.
С кем было общаться Пушкину в посаде? Прежде всего, это — служители Богоявленского собора, служащие почтовой станции, трактира, постоялого двора, местные дворяне. Пушкинист Л.Черейский и краевед В.Зайцев независимо друг от друга предположили, что из Погорелого Городища Пушкин мог заехать к Ладыженским, владельцам имения Вахново, расположенного на другом берегу реки Держа. Зайцев вспоминает, как еще перед войной он, ученик десятого класса, увидев на карте путешествий Пушкина Погорелое Городище, обратился за разъяснением к учителям литературы погорельской средней школы Г.Александрову и П.Данченко, и те пояснили, что поэт приезжал в Вахново к Ладыженским, сославшись на воспоминания старожилов. Черейский же исходил из того, что владелец Вахнова Ф.И.Ладыженский был родственником соседа Пушкина по псковскому имению, и потому поэт либо мог быть знаком с ним, либо ему рекомендован.
В своих собственных разысканиях я особое внимание уделил служителям Богоявленской церкви. Именно в церкви поэт познакомился с жалованной грамотой царя Михаила Федоровича. Кто-то ведь встречал его здесь, кто-то показывал грамоту.
Удалось установить личность священника: Ефим Николаевич Архангельский. Его портрет помещен в книге И.Токмакова «Посад Погорелое Городище. » (1906). На фотографии Ефим Николаевич изображен с грамотой в руке. Сравнение размеров показывает, что Архангельский, скорее всего, держит именно царскую грамоту (по описанию, ее размеры были 7х9 вершков, то есть 31х40 см). В подписи под портретом указано, что священник Ефим Николаевич Архангельский служил в храме Богоявления с 1822 по 1862 год, следовательно, и во время приезда Пушкина в посад (умер он 9 апреля 1880 года). Архангельский осознавал ценность грамоты, коль сфотографировался с ней. Он, очевидно, и послал ее Пушкину.
Церковь Богоявления Господня, где хранилась царская жалованная грамота, была построена в 1808 году. Во время войны она сильно пострадала от бомбежек. В начале 60-х руины были разобраны, и на их месте появился жилой двухэтажный дом. Как выглядела Богоявленская церковь, можно видеть на фотографии в уже упомянутой книге И.Токмакова.
Интересна история жалованной грамоты. По одной из легенд, Пушкин, ознакомившись с ней, посоветовал жителям посада вставить ее в рамку и повесить на видное место в управе. Погорельские мещане, впрочем, и без того дорожили документом, не раз ссылаясь на него в земельных спорах с соседями-помещиками. В.Кузнецов предполагает, что подлинник грамоты, возможно, не утрачен, а хранится где-нибудь в московских архивах. Он сравнивает тексты, публиковавшиеся в разных изданиях XIX века, и приходит к выводу, что грамот существовало как минимум две, причем написанных разными дьяками: одна была выдана жителям Погорелого Городища, а другая оставалась в приказной избе. Эта последняя и могла сохраниться. Первая же в 1901 году поступила в Тверскую ученую архивную комиссию. Ее текст приводится в журнале 85-го заседания комиссии.
Однако вернемся к другим поездкам Пушкина.
В Рождество 6 января 1829 года поэт вновь объявляется в Старице на балу уездного предводителя дворянства. По какой дороге он прибыл? Отчего бы не предположить, что тем же Волоколамским трактом?
В августе 1833 года Пушкин отправляется в длительное путешествие на Урал. Он сворачивает с Петербургского тракта и 21 августа пишет письмо жене из Павловского Старицкого уезда. 23 августа Пушкин уже в Яропольце — имении тещи Натальи Ивановны Гончаровой. А 26 августа поэт пишет очередное письмо жене — из Москвы. Проанализировав августовский маршрут Пушкина, В.Кашкова констатирует: «Пушкин выбирает самую короткую дорогу». Здесь следует добавить: дорогу, хорошо ему известную. Пушкин, видимо, едет по Зубцовскому тракту. Краевед Г.Ходаков находит тому подтверждение в фамильном предании, пересказанном ржевским краеведом Я.Тепиным, о случайной встрече и разговоре его деда с Пушкиным на почтовой станции между Зубцовом и Ульяновом. Однако историк-источниковед Т.Яйцова считает, что эта встреча могла произойти не в августе 1833, а в октябре 1834 года. «Пушкин, согласно легенде, был в шубе и в ватном сюртуке. Не октябрь ли месяц на дворе?» — вопрошает Яйцова. Таким образом, можно говорить, что Пушкин пользовался Зубцовским трактом во время второй своей поездки в Ярополец 9-10 октября 1934 года. Тогда поэт заехал в имение тещи по пути из Болдина в Петербург.
Вообще-то пушкинские пути-дороги интересны не меньше, чем пушкинские места. Отдельное исследование посвятила им Т.Яйцова. В статье «Ехал Пушкин мимо нас: о поездках поэта по шаховской земле» она пишет следующее: «Карты первой половины XIX века сообщают о расположении дорог в тогдашней России и, в частности, в Волоколамском уезде. Большой тракт шел от Москвы до Волоколамска, отсюда отходили Малые тракты — Можайский, Зубцовский, Старицкий. Существовало еще множество малоизвестных проселочных дорог. Зубцовский тракт привлек мое внимание. Путешественник прошлого века, добравшись до уездного города Волоколамска, проехав по мосту через р.Городня, выезжал на Зубцовский тракт. Через несколько верст. на тракте располагалась деревня Щекино, дальше путь лежал близ д.Путятино в Ярополец. Из Яропольца Зубцовский тракт шел до д.Юркино, где на северо-запад уходил Старицкий тракт. Перебравшись по мосту через р.Лама, современник Пушкина прибывал в д.Сырково (сегодня Большое Сырково) и продолжал свой путь по Зубцовскому тракту. Минуя расположенные на дороге д.Ханево, что близ села Федоровское, ныне Волоколамского района, сельцо Кряково и д.Урусово, относящиеся сегодня к Лотошинскому району, путник, оставив немного в стороне д.Пьянкино, подъезжал к старинному селу Раменье. Сейчас эта территория Шаховского района. Далее на пути лежало сельцо Степановское-Воскресенское. До сегодняшнего дня сохранилось лишь второе название — Воскресенское. В прошлом веке предстояло перебраться по мосту через р.Издетель, проехать основную часть сельца с деревянной церковью и направиться в сельцо Кельицы (до 1940 г. Кельч-Острог, современная д.Орешки). Д.Несытово на р.Русса — сегодня д.Старое Несытово Ивашковского сельского округа — последний пункт по дороге в Зубцов в Волоколамском уезде. Позднее, в начале ХХ века, на тракте, почти на границе Тверской и Московской губерний, появилась д.Новое Несытово. Итак, преодолев несколько последних верст по Московской губернии, современник Пушкина оказывался в Тверской губернии. До Погорелого Городища тракт проходил через д.Чибичкино, Максимково, с.Ульяновское (современное Ульяново), д.Малое Кобяково, Коньково, Петровка (современное Петровское), часть этого пути сегодня асфальтирована. «
Т.Яйцова ставила целью изучение Зубцовского почтового тракта только на территории Шаховского района. Как видно из статьи, она дает вначале общую схему, а затем — подробное описание до границы Московской области. Далее до Погорелого Городища она только обозначает маршрут.
Следует отметить, что на карте, изданной Генштабом в 1853 году, Зубцовский тракт действительно проходит через Погорелое Городище — так, как указала Яйцова. Но на карте 1805 года он Погорелое Городище минует. Так что полной ясности в данном вопросе пока нет.
В Зубцове этот почтовый тракт пересекался другим, ведущим к Старице. Старицкий тракт, по Яйцовой, отходил от Зубцовского к деревне Юркино и шел далее через Лотошино и Степурино. Если свернуть в Юркино, путь до Старицы получается короче. Поэтому достаточно вескими выглядят предположения лотошинских краеведов о том, что Пушкин мог бывать в Лотошине и окрестностях.
Поселок Княжьи Горы
Тверская область
Жалованная грамота царя Михаила Федоровича Погорелому Городищу
Божию Милостию Мы великий Государь Царь и Великий Князь Михаил Феодорович всея Руси самодержец и отец наш Великий Государь Святейший Патриарх Филарет Никитич Московский и всея Руси пожаловали есмя Погорелова Городища посадских людей что они били челом и сказали впрошлом де во рке году (1617) посылан с Москвы на погорелое городище Гаврило Пушкин и велено ему на погорелом остроге разломати или зжечь и Гаврило де на погорелом остроге ажех и где посацких людей дворы и животы все погорели, а сроку в поры Гаврило не дал ни на один час, чтобы им животишки свои из острогу вывозити и от тех де мест волочатся они меж двор по разным городам, и в прошлом де во рки году (1620) из приказу сыскных дел дани они погореляни на поруки записьми что им итти жити на погорелое городище на старые свои на разореные и на пожженые места и нам бы их погорелова городища посацких людей пожаловати для разорения велети дати им льготы и мы великий Государь Царь и великий князь Михаил Федорович всея Руси самодержец и отец наш великий Государь Святейший патриарх Филарет Никитич Московский всея Руси Погорелова Городища посацких людей пожаловали для их бедности и разоренья во всяких податях велели им дати льготы против Можлицев и Вязмич с нынешнего рко года (1621) на 5 лет, а в те льготные годы четвертных доходов и иных никаких податей и подвод и кормов на них не имати, покаместа льготные годы отживут, и велели им дати сее нашу Государскую жалованную грамоту за красною печатию и по сей нашей Государской жалованной грамоте на погорелянах на посацких людей с нынешнего рко году по рлд (1626 год) вольготные годы четвертных доотходов и иных никаких податей и под посланников и под гонцы подвод людских и конских кормов не имати покаместа льготные годы отживут. А поселитца им посацким людям на погорелом городище на посад по-прежнему кто где живал наперед сево, или где будет пригоже. Писан на Москве лета рко (1621) июля в ие день и подписал великого государя Царя и великого князя Михаила Федоровича всея Руси думный диак Михайло Горский». На подлинной грамоте подписано собственной Его Царского Величества рукою: «Государь Царь и великий Князь Михаил Федорович всея Руси Самодержец.
Путешествия А.С.Пушкина. Торжок
Александр Сергеевич Пушкин — самый известный российский поэт — путешественник XIX века.
Какую роль дороги играют в стихах и прозе Пушкина и почему он использует в своих произведениях мотив дороги? Над этим вопросом мы с сыном задумались несколько лет назад и решили поучаствовать в научном Обществе Учащихся по литературе с работой «В пыли дорог нашел я вдохновенье». Благо материала для исследований хватало.
Путешествия Пушкина. Дороги и вёрсты
Пушкину случалось много ездить по России в своей скитальческой жизни. Подсчитано, что за свою короткую жизнь он проехал более 35 тысяч верст — почти сорок тысяч километров, проведя в дороге около восьми лет своей жизни.
Русские экипажи. Акварель неизвестного художника, 1821 год. Пушкин путешественник
Поэту нравились дороги – неустроенные, бесконечные российские дороги, и дорожная езда, и “перемена мест”, и песни ямщиков.
“Путешествие нужно мне нравственно и физически”,- говорил поэт и уезжал за сотни верст от столицы. Неслучайны названия многих пушкинских стихотворений — “Зимняя дорога”, “Подъезжая под Ижоры…”, “Я ехал к вам: живые сны…”, “Поедем — я готов…”, “Если ехать вам случится…”, “Дорожные жалобы”, “К Языкову”.
А еще повесть “Станционный смотритель”, поэма “Граф Нулин”, “Отрывки из путешествия Евгения Онегина”.
Дороги Пушкина были разными. Проселочные дороги, размытые осенью и пыльные летом. Зимние дороги, теряющиеся в снежной мгле. Весенние дороги — больше похожие на реки. Дороги вечного странника, вечного путника. Дороги изгнанника, гонимого судьбой.
Долго ль мне гулять на свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?Не в наследственной берлоге,
Не средь отческих могил,
На большой мне, знать, дороге
Умереть господь судил,На каменьях, под копытом,
На горе под колесом,
Иль во рву, водой размытом,
Под разобранным мостом.Иль чума меня подцепит,
Иль мороз окостенит.
Иль мне в лоб шлагбаум влепит
Непроворный инвалид.Иль в лесу под нож злодею
Попадуся в стороне,
Иль со скуки околею
Где-нибудь в карантине.Долго ль мне в тоске голодной
Пост невольный соблюдать
И телятиной холодной
Трюфли Яра поминать?То ли дело быть на месте,
По Мясницкой разъезжать,
О деревне, о невесте
На досуге помышлять!То ли дело рюмка рома,
Ночью сон, поутру чай;
То ли дело, братцы, дома.
Ну, пошел же, погоняй.“Дорожные жалобы” 1830
Торжок на пути А.С.Пушкина
Более полутора веков назад Торжок был крупной почтовой станцией на оживленном пути между Петербургом и Москвой.
Торжок. Верстовой столб «До Санкт-Петербурга 494 версты». 
Торжок. Верстовой столб “До Москвы 225 вёрст”.
В книгах, письмах и набросках стихотворений поэта то и дело мелькает слово «Торжок».
Копии рукописей Пушкина.
Он останавливался здесь 23 раза в период с 1811 по 1836 годы. Евгения Онегина классик тоже отправлял скакать по Петербургскому тракту:
«…мелькают мельком, будто тени пред ним Валдай, Торжок и Тверь».
Торжок. Бывший магистрат. Существовал при жизни А.С.Пушкина.
Обычно Александр Сергеевич останавливался в гостинице Пожарских, славившейся кулинарным искусством хозяйки Дарьи Евдокимовны.
Слава о ней бежала впереди неё, точнее слава котлет, которые готовились в трактире: на кило рубленного куриного мяса полкило сливочного масла, котлетка обмакивалась в мелкие сухари, затем в яичный желток, далее – сухари, и обжаривались. Проезжие гости восхищались этими чудо-котлетками.
«На досуге отобедай
У Пожарского в Торжке,
Жареных котлет отведай,
(именно котлет)
И отправься налегке…
Такой совет дает Пушкин своему другу С.А.Соболевскому. Теперь эти строки можно прочесть на мемориальной доске, укрепленной на здании.
Гостиница Пожарских
Торжок. Гостиница Пожарских. Путешествия Пушкина
Пушкин обычно занимал комнату, находившуюся на втором этаже в правом крыле дома. Окно комнаты с фонарем-эркером выходило на площадь, и поэт мог наблюдать за жизнью бойкого купеческого города.
Гостиницу Пожарского Пушкин упоминает в письме к Наталье Николаевне (в августе 1833 года), в письмах к друзьям, в своей неоконченной статье «Путешествие из Москвы в Петербург», одна из глав которой так и начинается:
«Расположась обедать в славном трактире Пожарского»…
Сегодня в Торжке только ленивый не умеет жарить котлеты по старинному рецепту. К ним умелые хозяюшки добавляют гарниры в виде картофельного пюре или круп. Непременной остаётся порция, которая включает в себя две котлетки размером с женскую ладонь. Сейчас знаменитые котлеты подают в каждом ресторане, но по оригинальному рецепту 1853 года — только в кафе «Лира». Порция — две котлеты. Именно там мы их и попробовали.
Пожарская котлета в Торжке.
«Из-за этих котлет уже и пушкинские места никого не интересуют», — говорят экскурсоводы Торжка.
Музей Пушкина в Торжке
Бережно хранит Торжок всё, что связано с именем великого поэта. Каждого, кто приезжает сюда, чарует покой и тишина древнего русского города, волнует его причастность к тем местам, где когда-то бывал поэт.
Торжок стоит на реке Тверца.
В 1972 году в Торжке открыли музей А.С. Пушкина.
Торжок. Музей А.С.Пушкина. Путешествия Пушкина.
Торжок для поэта был и гостеприимным дорожным приютом, т.к. весьма удобен своим местоположением на тракте, и местом встреч с жившими здесь друзьями.
Иногда он гостил у Олениных, где был очарован Анной Алексеевной Олениной — дочерью президента Российской академии художеств и директора Петербургской публичной библиотеки А.Н. Оленина.
А.А.Оленина. С акварели В.И.Гау, 1830-е годы.
Он посвятил ей даже собственные стихи «Ее глаза», «Предчуствие», «Ты и вы».
Пустое вы сердечным ты
Она обмолвясь заменила,
И все счастливые мечты
В душе влюбленной возбудила.
Пред ней задумчиво стою;
Свести очей с нее нет силы;
И говорю ей: как вы милы!
И мыслю: как тебя люблю!
Кстати, именно в бывшем доме Олениных, в этаком симпатичном, но не таком уж и большом деревянном особняке разместился сейчас тот самый музей Пушкина.
Музей Пушкина в Торжке. Дом Олениных
Мы смогли записаться на экскурсию только в этот музей, да и то сильно заранее, в апреле, позвонив туда из Нижнего Новгорода. Но мне был интересен именно этот музей.
В доме Олениных всего шесть комнат, но это истинно пушкинский дом. На стенах много портретов, рисунков, гравюр.
Музей Пушкина в Торжке.
Центральное место в его уникальной экспозиции предоставлено теме дороги в жизни и творчестве писателя, а также его пребыванию в Торжке и Тверской губернии.
Дорожный сундук в музее Торжка. Путешествия Пушкина. 
Зимний возок, тулупы ямщиков. Музей Пушкина. Торжок. 
Дорожная тема в музее Пушкина в Торжке.
Город входит в туристический маршрут «Пушкинское кольцо Верхневолжья». А нами этот маршрут еще пока мало изучен. В общем, можно отправляться далее, по пушкинскому следу.
Пушкинское кольцо Верхневолжья.
P.S. Многозначительный факт: недалеко от гостиницы Пожарских была лавка с вывеской «Евгений Онегин – булочных и портновских дел мастер».
P.P.S. Светлана Кормишина, автор очерка о путешествиях Пушкина немало поездила по пушкинским местам. На этом снимке Светлана в Болдино в образе барыни пушкинской эпохи.
В Б.Болдино